Blog

07 Июл
0

Феодосия


Феодосия

На юго-восточном берегу Черного моря, при большой бухте, на склоне горы Тете-Оба, находится в настоящее время порт Феодосия (богом дарованная). В памятниках эпиграфических и литературных Феодосия, как город, встречается около IV в. до Р.Х. В эпоху Спартокидов на Боспоре (438/7-1 в. до Р.Х.) город — в расцвете, о чем говорят Скилакс и Демосфен. Но нет точной даты о возникновении Феодосии даже в предании. Феодосия была основана около 600 г. до Р.Х. ионийскими греками из Милета. Уже в VI в. она ведет торговлю с Афинами, вероятно, с эпохи Писистрада (560-527 до Р.Х) и тяготеет к нарождающейся республике. Это доказывается находками при земляных работах фрагментов посуды аттической черно-фигурной техники. Влияние Афин в Феодосии, как и в других пунктах черноморской греческой колонизации (Ольвия, Пантикапей, Херсонес и др.), резко обрывается в эпоху персидских войн (отсутствие фрагментов строгой красно-фигурной техники) и оживает в конце V в. и в начале IV в. Последнее подтверждается находками фрагментов прекрасного (роскошного) стиля и чудными терракотами. До конца V в. мы не можем сказать ни о государственном строе Феодосии, ни о ее самостоятельности или зависимости. По всей вероятности, она имела тип того города-государства, выродившегося из фактории, каковой представляли сиз себя другие колонии. Известно из свидетельства Полиэна, что в конце V в. и начале IV в. при боспорском царе Сатире I (407-387 до Р.Х.) Феодосия подвергалась со стороны последнего попытке завоевания ее и только благодаря соперникам Пантикапея, Гераклеи и ее колонии, Херсонеса Таврического, сохранилась самостоятельность Феодосии, но не надолго: сын Сатира I Левкон (387-347) около 355 г. до Р.Х. овладевает городом и заботливо поднимает его благосостояние и торговое значение устройством безопасной и удобной гавани для судов, привлекая в нее иноземные суда, даруя им право беспошлинной торговли. Демосфен, знаменитый афинский оратор, так говорит в речи своей против Левтина: «Левкон устроил новый торговый порт Феодосию, который, по словам моряков, ничуть не хуже Боспора, и здесь даровал… беспошлинность».

С этих пор в титуле Спартокидов находится и Феодосия. Значение Феодосии среди боспорских городов было громадно. В конце V и начале IV в. Феодосия ведет торговлю с Аттикой, Родосом, Фазосом, Книдосом и мн. др. пунктами, не говоря уже о ближайших к ней (амфорные ручки из раскопок А.Л.Бертье-Делагарда, аттическая и др. посуда и прочие археологические предметы). Левкон даровал Феодосии ателию (своего рода порто-франко), что еще больше ее подняло. Вывозом служили предметы, общие всем северно-черноморским колониям. В IV в. Феодосия имеет свои прекрасные монеты — один из существенных показателей высокой культуры города и внутренней самостоятельности. Для последующих времен и особенно для эллинистической эпохи историко-археологические сведения очень незначительны. В конце IV в. Феодосия сильно падает. С упадком Афин, как всемирного культурного центра, и началом эллинистической эпохи, с возвышением варваров, заявлявших претензию на самостоятельность, совершается понижение жизнедеятельности колоний. В Тавриде почуяли слабость соседей и свою новую силу скифы: они под могучим правлением Скилура (II в. до Р.Х.) становятся страшными не только Феодосии, но и более сильным, Пантикапею и Херсонесу, которые трепещут и ищут защиты вне Тавриды. Во времена Мифрадата VI Евпатора (63 г. до Р.Х.) Феодосия с Пантикапеем — в руках скифа Савмака, провозгласившего себя, после убийства ц. Перисада, царем Боспора. Только при помощи полководца Мифрадата, известного Диофанта, Феодосия освобождается от скифов, потерявших свою силу и могущество.

Диофант присоединил Феодосию около 107 г. до Р.Х., как данницу, к царству своего повелителя. Феодосия под могучей рукой «ахемена» воскрешает свою торговлю. Мифрадат (ум. 63, до Р.Х.), нуждаясь в средствах для борьбы с Римом, сильно изнурял налогами города Боспора, чем вызвал восстание в них (ок. 63 г. до Р.Х.); среди них деятельно участвовала и Феодосия, но самостоятельность продолжается до взятия ее Фарнаком (63-47 до Р.Х.) в борьбе против восставшего полоководца Асандра. Фарнак погиб в этой борьбе (47 г.), а Асандр (47-17 до Р.Х.) владеет Феодосией.

С этого момента Феодосия постепенно теряет свое торговое значение и сильно слабеет в дальнейшую римскую (императорскую) эпоху, особенно после разгрома Родоса и переноса всемирного центра далеко на запад, в Рим.

Археологические находки этой эпохи очень слабы и малы; литературные же сведения говорят о сильном упадке города. Ариан (II в. по Р.Х.) говорит: от Пантикапея 700 стадий «до опустелого города Феодосии; и это был древний эллинский город — ионический, основанный Милетинами»… Упоминает о Феодосии Аммиан Марцелин (конец IV в. по Р.Х.). Внутренняя жизнь римской Феодосии нам мало известна. Город был самостоятельной частью целого Боспорского царства. Один эпиграфический памятник говорит о том, что в Феодосии была какая-то община «высочайшему милостивому богу», членами коей были лица варварского происхождения. Эта община, вероятно, основана евреями, которые со времени Мифрадата Евпатора проникли и в Феодосию. В IV в., во время стремительно-разрушительного нашествия гуннов, их орды, проникнув в Тавриду, временно овладели Феодосией; под их насилием Феодосия сильно ослабла. Древняя Феодосия (гунно-аланская Абдарба) существовала и в византийское время с христианским населением и христиано-византийской культурой. Сохранилась мраморная колонна с греческой надписью от 819 г.; об этой культуре упоминает и Константин Багрянородный в X в., и свидетельствую фрагменты византийской поливной посуды, находимые в огромном количестве. В этот период Феодосия из Абдарбы была переименована в Каффу. Каффа-Феодосия потом снова переживает блестящую эпоху. О том, были ли здесь властителями хазары, мы не знаем точно, но о власти куман — половцев с конца XI в. и до конца XII в. можно быть уверенным.

Около 1223 г. вместе с Судаком Каффа попадает в руки татар. Средневековая Каффа-Феодосия имеет весьма разнообразное население. Кроме притока его с востока, чрез южно-русские степи, начинает проникать волна нового населения с элементами новой культуры с запада, особенно из итальянских коммерческих республик: Генуи и Венеции. Каффа после 1261 г. становится колонией генуэзцев и центром для всех их поселений на берегах Черного моря. Генуэзцы приобрели город у татарского хана Оран-Тимура. Сила Каффы настолько велика, что она тревожит татар и венецианцев, и их усилия овладеть или хотя бы ослабить ее только на время тормозят ее пышный расцвет. Папы помогают генуэзцам, желая иметь твердый оплот католичества на востоке. Борьба с Кипчакской Ордой иногда имеет счастливые результаты, и в наступательном движении генуэзцы завладевают Судаком и его областью и с перерывами владеют ими, распространяя власть до Балаклавы включительно.

В начале XV в. в Феодосии до 21.000 домов; она сильно укреплена, украшена статуями и фонтанами и имеет хороший водопровод; об удобстве и безопасности гавани говорить не приходится, так как с древних времен Феодосия ею славилась. В 1318 году в ней учреждается епископская кафедра. Но близок был и день ее падения. Обособление усиление крымских татар и возраставшее могущество турок обусловили все причины ослабления Каффы. Татары с суши, а турки с моря делают невозможной торговлю и, ослабляя экономическую сторону города, главную артерию всей его жизни, энергично стремятся к изгнанию генуэзцев из Тавриды. Падение Константинополя 1453 г. заперло генуэзцев в Черном море и лишило связей с митрополией. 1454 г. Каффа — данница крымского хана. Митрополия ее делает усилие (в 1453 г.) передать ее в ведение «банка св. Георгия», который своими финансами стремится отодвинуть падение власти генуэзцев не только в Каффе, но и в других черноморских колониях. Папы тщетно стремятся сохранить только что развившийся аванпост католицизма. Но внешние старания не остановили падения города. Внутренние язвы сильно точили его организм, а внешние враги добили. Эти язвы заключались прежде всего в борьбе партий, а затем в продажности чиновничества его лихоимстве. В 1475 г., после отчаянной борьбы, генуэзцы покидают Каффу. Остатками 200-летнего генуэзского периода в Феодосии-Каффе служат поныне сохранившиеся руины оборонительных стен и башен,(18) многочисленные эпиграфические, архитектурные и религиозно-бытовые памятники, хранящиеся на месте и в музеях юга России. Вместе с культурой Византии здесь самостоятельно встречаются и переплетаются влияния и культуры восточной (арабо-персидская) и западно-европейская ( северно-итальянская по преимуществу) и др.

Турецкий период Каффы был менее блестящим. Турецкое наименование города — «Кучу-Стамбул» или «Крым-Стамбул» или «Кефэ». При завоевании турки или разрушили многие генуэзские здания, создав новые, или перестроили их; украсили город мечетями, минаретами и др. своеобразными зданиями, соответствовавшими их потребностям и вкусам. Каффа в это время служила прежде всего передовым постом турецкой империи, который следил за верностью крымских ханов и за поднимающейся и расширяющейся московской державой. Торговое значение не угасает: царь Иван IV (1547-1584) хлопочет у султана Баязета о торговых сношениях русских с Кучук-Стамбулом. Целые столетия проходят в борьбе русского государства с Крымским ханством, дабы обеспечить южно-русскую степную колонизацию от татарских набегов и удовлетворить насущное стремление к морю. В 1774 г. по Кучук-Кайнарджийскому миру Крым отошел к России. В 1787 г. включен в Таврическую область г.Каффа, получивший прежнее свое наименование Феодосия.

Read More
07 Июл
0

Генуэзцы.


Генуэзцы

В половине XII века в Тавриду начинает проникать новая колонизационная струя из италийских коммерческих городов-республик, до 1200 года весьма скромно. После же взятия Константинополя крестоносцами и образования латинской империи (1204-61) Таврида наводняется италийцами, быстро подпадает под экономическую, а затем и политическую зависимость от коммерсантов-колонистов. Первыми проникли генуэзцы, а в эпоху «Латинской империи» их соперниками являются венецианцы, после же ее падения (1261) является преобладание генуэзцев: генуэзцы в Феодосии — Каффе, венецианцы в Сугдее (Судаке). В начале этого италийского периода Херсонес и Готия — в номинальной зависимости от «Трапезундской империи», и Таврида, в лице своих культурных элементов, живет за собственный страх. В южно-русских степях в половине XIII века господствующее положение занимают монголо-татары; они, разгромив алан, половцев и русских, после битвы при Калке проникли в Тавриду (1224 г.) и разрушительной войной прошли до юго-восточного берега Черного моря. Вскоре после первого нашествия татары обосновались между Феодосией и Солдайей (Сугдея), с морской базой в последней, и способствовали ее материальному росту. В первое время не особенно пострадала южная горная область. Здесь знаменитый путешественник Рубрук 1253 г. помещает от Салдонии (Судак) до Керсоны (Херсонес) 40 замков и почти в каждом из них особый язык: среди них было много готов, язык которых немецкий.

Татары, видя в италийцах-колонистах опасных соперников, пользуются каждым случаем, чтобы стеснить их экономический рост; особенно бедственны были нападения татар в 1298 г. (Ногая) и в 1308 г., о котором повествует сугдейский синаксарь. Сугдея постепенно падает, а с 1365 г. она фигурирует, как генуэзская колония.

После договоров 1380-81-87 г.г. с татарами генуэзцы являются господами по всему южному берегу — от Феодосии до Балаклавы (Чембало) — со всей Готией. В договоре генуэзцев с татарами упоминается «Готия с ее селениями»: Луста (Алушта), Ламбадие (Ламбат), Пертените (Партенит), Горзувиум (Гурзуф), Сикита (Никита), Джалита (Ялта), Мусакори (Мисхор), Лупико (Алупка), Кикинео (Кикинеиз), Фори (Форос).

Нашествие италийцев-католиков не поколебало старой веры греков и готов и не порвало их отношений с Константинопольским патриархом. Четыре автокефальных (самостоятельных) Таврических епархий, Боспорская, Сугдейская, Готская и Херсонесская, числятся в списках Константинопольского патриарха.

Готы, переживавшие разнообразные культурные влияния, находившиеся под властью сначала хазар, а потом татар и итальянцев, вероятно, с трудом сохранили к концу XIV века свое национальное самосознание; последнее обусловливало ту политическую самостоятельность части горных готов, о которой говорится в датированной 1427 годом надписи: в ней упоминается «господин Алексей, властитель города Феодоро и поморья». Правитель Алексей в столице своей Феодоро, ныне Мангуп, как видно, чувствует себя способным на борьбу с генуэзцами, он овладевает, правда, на один год 1433-1434, их крепостью Чембало (Балаклава) с помощью местного греческого населения и пытается конкурировать в торговле чрез укрепленный им порт Каламит (Инкерман).

В эту пору над Тавридой нависла новая беда — турки, неоднократно совершавшие набеги и разорявшие берега Тавриды. После падения Византии (1453 г.) начинается смертельная агония генуэзских колоний. В отчаянии они ищут помощи как у метрополии, так и в Тавриде, в частности, у наследников готского князя Алексея. В 1475 г. Каффа пала под ударами турок и татар. Генуэзцы были изгнаны из Тавриды, а их союзник «Исайко, князь Мангупский», был взят в плен и казнен. Это тот самый Исайко, который был в сношении с Московским царем Иваном III (1462-1505). Исайко предлагал ему свою дочь за сына, но послы царя констатировали только его падение. Готы потеряли свою политическую физиономию и с этих пор являются этнографической особью среди народов Крыма. Барон Бузбек, посол Германского императора при Великой Порте, в 1557-64 г.г. записал около 90 слов готских, которые доказывают существование готской речи на полуострове в то время.

Вся прибрежная Таврида отошла под власть турок, а в степной правили татары под гегемонией султана. Незначительные остатки генуэзцев постепенно слились с горными племенами. Христиане же православного исповедания, благодаря поддержке сношений с Константинопольским патриархом и веротерпимости татар, сохраняли свою веру, свои святыни. Языком религии сохранился греческий, а общежитейским все более и более становится татарский.(8)

Имя готов не умирает еще в конце XVII века: готский митрополит в 1678 году стал руководителем всех православных Крыма. Последний митрополит «Готфейский и Кафайский» был Игнатий.

В 1778 году 23 апреля митрополит Игнатий со своей паствой в количестве 31.280 человек были переселены в Новороссию, по сев.-зап. берегу Азовского моря с центром в городе Мариуполь. Среди так называемых мариупольских греков — много потомков древних готов.

Read More
07 Июл
0

Гиреи


Гиреи

Основатель династии Гиреев был Хаджи-Гирей (ум. 1466 г.). О его происхождении и достижении им власти определенных сведений нет, но известно только, что приложил громадные усилия для установления независимости крымского ханства от притязаний Великой Орды, Турции, Литвы и др. Представитель новой династии устраивает свою резиденцию до конца существования ханства в Бакчэ (Бахчи)-Сарае.

После Хаджи-Гирея — известный Менгли-Гирей (ум. 1515). При нем и при его непосредственном содействии туркам пала Каффа (1475 г.), но султан Магомет II, разгромив генуэзцев, сделал своим вассалом крымского хана и с этого времени султан держит себя, как верховный сюзерен крымского хана. Менгли-Гирей установил себе в помощь новую должность калги, своего рода вице-хана. Менгли-Г. был в большой дружбе и даже договоре (1474 г.) с Московским царем Иваном III. По смерти Менгли-Г. (около 1515 г.) крымские ханы назначаются султаном. Хан Магомет-Гирей (1515-24) убит в борьбе с ногайцами. Назначенный султаном, Сеадет-Гирей (1524-?) сам удалился с престола; вместо него — Сахыб-Гирей, он был убит в 1551 г.; на его месте Девлет-Гирей (1551-77 г.), который сжег Москву в 1571 г., а за ним Магомет-Гирей II Жирный (1577-84 г.), создавший должность второго вице-хана «нур-эд-дин» (султан ее утвердил). Хан-Магомет был задушен своим братом. Далее идут султаны: Ислам-Гирей (1584-8) и Гази-Гирей II Бора (1588-1608 г.). Гази пытался изменить родовую систему наследования престолом на систему по нисходящей линии, и беки, и эмиры признали это, но султан отверг. Старый принцип восторжествовал в лице Селямет-Гирея (1608-10). После него — Джаны-бек-Гирей II (1601-23 и 1627-29). За неисполнение требований султана был лишен власти и отправлен на о. Родос; на его место — Магомет-Гирей III (1623-7), он тоже не понравился Порте и был заменен Джаны-бек-Гиреем II, но за слабость власти и бездеятельность был удален от правления. Инайет-Гирей-хан (1629-37) за сепаратизм был отвергнут и убит, на место же его взошел Богадырь-Гирей I (1637-41), легкомысленный и расточительный, он известен, как большой любитель легкой литературной юмористики. Магомет-Гирей IV (1641-4) был сослан на о. Родос. После него пытается занять престол побочная линия Гиреев — Чобан-Гиреи (пастухи-Гиреи). Родоначальник ее — Чобан-Мустафа, побочный сын одного из Гиреев, проживавший в Ак-Мечети и призванный ко двору еще Магомет-Гиреем III (1623-7). Между главной и побочной линией происходит страстная борьба, пока первая не торжествует и не побеждает Чобанов. Сефет-Гази-Гирей (1644-54) получает ханство и ведет его блестяще: его деятельность отличается самостоятельностью и независимостью от Порты. Большое участие он принимает в борьбе Польши и днепровского казачества при Богдане Хмельницком. По смерти его был возвращен к власти из ссылки Магомет-Гирей IV (1654-66), но вторично был изгнан. Преемник — Аадиль-Гирей I (1666-71) из рода Чобан-Гиреев. Против него, за его происхождение вооружается аристократия ханства, и он по традиции отправляется в почетную ссылку на о. Родос. На ханском престоле настоящий Гирей — Селим-Гирей (1671-8), он отличался многими качествами хорошего правителя. В союзе с Турцией он ведет удачную войну с Польшей и один — неудачную с Москвой; за последние неудачи лишился власти и попал на о. Родос.

Хан Мюрад-Гирей I (1678-83) поправил ошибки Селима, но, участвуя в походе с турками против немцев, под Веной (1683) потерпел поражение, был обвинен в измене турецкому султану и лишен ханства. Хан Хаджи-Гирей (1683-84) бежал из Крыма от возмутившихся сановников; по просьбе последних Порта поставила ханом ссыльного Селима-Гирея I (1684-91). Он учел тогдашнюю слабость Турции и видел возраставшую опасность со стороны России. Он удачно отражал войска князя Голицына, посланного царевной Софией (в 1687 г. и в 1688-9 г.г.). После отказа Селима править 9 месяцев (1691 г.) хан Сеадет-Гирей I, за ним Сафа-Гирей (1692 г.), безнравственный и корыстолюбивый. По свержении Сафы, третий раз Селим-Гирей I (1692-9), путешествовавший в Москву в этот период его царствования; за этот поступок Селим получил особое прозвище. Он Портой был назначен против ее желания: трудные обстоятельства, вызванные неудачами в войнах с Россией, Польшей и Австрией, заставили уступить требованиям крымских татар.

В это время Петр Великий пытается утвердиться на Азовском море: он совершает поход (1695-6) под Азов, но эта попытка была для него неудачна, так как он не имел флота, чтобы взять приморскую крепость; весной 1696 г. он с сооруженным зимой флотом взял Азов и временно в нем укрепился (до 1711 г.).

Селим-хан снова отказывается от престола в пользу сына своего, Девлет-Гирея II (1699-1705). Ряд внутренних беспорядков и неудач в действиях против русских привел к низложению Девлета и избранию в четвертый раз его отца Селима, но он прожил только год и в глубокой старости в 1704 г. умер. Неудачные бездарные его последователи (Девлет-Гирей (вторично), Гази-Гирей, Каплан-Гирей, Магомет-Гирей и др.) сильно пошатнули благосостояние и силу ханства. Это — эпоха постоянных смен ханов, удивительных жестокостей и кровавых междоусобий. Русские же все настойчивее наступали на Крым с определенной целью покорить ханство. Русский генерал Миних неоднократно опустошает Крым. В 1755 г. на ханском престоле жестокий Алим-Гирей. Неудачи внутренней и внешней политики продолжаются. Хан Шагин-Гирей, объявивший независимость Крыма от Порты, должен был уступить России Керчь, Еникале и Кинбурн. Шагин-хан был временно устранен от правления братом Девлетом, но после Кучук-Кайнарджийского договора, в 1744 г., Шагин-хан был восстановлен в своих правах. Этим же договором крымские (и кубанские) татары признаны независимыми от Турции. На последнем акте настояла Россия, этим она подготовила дальнейшие успехи своей политики. Расчеты ее оказались верны. Шагин-хан был последним ханом. Русский генерал Ингельстром воспользовался возмущением знати против Шагина и, видя его безвыходное положение, предложил ему отдаться под высокую руку императрицы. После мучительного и долгого колебания Шагин-Гирей объявил себя подданным Екатерины II.

Города Крымского ханства и по сей час хранят остатки былой многовековой и культурной жизни, из них особенно интересны: Солхат (Старый Крым), Бахчисарай и др. Древний Солхат (Солгат, Солкат), ныне Старый Крым, по-татарски Эски-Крым, бывшая столица крымского юрта, как говорят арабские и итальянские известия, находится в Феодосийском уезде, в 25 верстах от Феодосии, в широкой степной долине, на месте, вероятно, хазарской столицы Фуллы, где некогда был заточен Иоанн Готский и, может быть, проповедовал св. Константин (Кирилл). В его территории погибает много памятников, важных в историко-археологическом и культурном отношении. Проф. Смирнов пишет, что современный «Старый Крым буквально стоит на древностях, которые частью видны на поверхности, частью еще покоятся в недрах земли, и что Старый Крым должен был бы быть целым музеем древностей, если бы не хищничество нынешних его обитателей…» (Археологическая экскурсия в Крым 1886 г. — Зап. Вост. Отд. Имп. Русс. Арх. Общ. т.I, в.IV, с.12). Здесь воздвигнуты первые мусульманские мечети: в 1288 г. построил роскошную мечеть Мамелюк-Бейбарс, египетский султан (уроженец кипчакской орды); в 1314 г. была выстроена самая большая мечеть, с сохранившейся датой, по приказу хана Узбека. В 1252 г. построил великолепный дворец Батый.

Население города Солхата было весьма разнообразно. Арабский писатель 1263 г. говорит, что оно состояло из кипчаков, русских и алан; затем сюда в большом количестве проникли армяне, итальянцы (генуэзцы и венецианцы) и, если здесь был древний хазарский город Фуллы, то здесь были до-татарские туземцы: греки, евреи, хазары и готы (?). Разнообразие народностей придавало городу своеобразную оживленность и привлекательность. На территории этого города не произведено совершенно научных исследований. В конце XV в. династия Гиреев перенесла столицу ханства в Бакчэ-Сарай, и Солхат, хотя и долго сохранял свою оживленность (он был главной артерией степной жизни Крыма), однако постепенно стал утрачивать свою жизнеспособность, беднеть и падать. Во времена И.Броневского (1578 г.) он уже был в развалинах. Россия, присоединив к себе Крым, переименовала город в Левкополь, сделав уездным городом; вскоре его уездные учреждения были перенесены в Феодосию, и город захирел.

Бакчэ-Сарай или Бахчисарай, бывшая резиденция крымских ханов Гиреев, и по сей час сохранил вид оригинального восточного мусульманского города. Он своими многочисленными стройными и изящными минаретами, возвышающимися рядом с молчаливыми пирамидальными тополями над приземистыми куполообразными мечетями и такими же ханскими гробницами и плоскими красночерепичными крышами маленьких домиков, узкими кривыми улицами и местоположением между двумя горами, привлекательно действует на каждого. Посреди города протекает небольшая горная речка Чурук-Су, превращающаяся, после обильного дождя, в грозный поток. В центре города стоит дворец ханов-Гиреев, построенный Абдул-Сахал-Гиреем в 1519 г. На своем веку он претерпел много изменений. Большой реставрации он подвергся при императрице Екатерине II, по приказанию князя Потемкина в 1787 г., а затем в половине XIX в. Последняя реставрация своей безвкусицей и аляповатостью погубила местами его древнюю роспись. В настоящее время Императорская Археологическая Комиссия обратила особенное внимание на Бахчисарайский ханский дворец и уже с лета 1912 г. производит подготовительные работы для выяснения его древнейших архитектурных частей, позднейших наслоений, обнаружения и сохранения и местами для восстановления древней росписи дворца. Среди мечетей выдается мечеть Джула-Джуми, построенная в 1737-43 г.г. От древнейшего времени сохранился водопровод, который насыщал около 150 колодцев города.

Город за последние годы застраивается новыми европейскими домами, нарушающими тот своеобразный колорит, который так красил прежний Бахчисарай. Нужно скорее описывать, фотографировать и зарисовывать то, что еще осталось от древнего города. Скоро от него останется только одно имя.

Read More
07 Июл
0

Готы.


Готы

Готы, народ восточно-германской отрасли, играли значительную роль в истории Тавриды. Прародина их на нижнем течении рек Вислы и Прегеля. Под влиянием какого-то толчка готы во 2-й половине II века в большом количестве двинулись на юг под предводительством своего короля Филимера, пересекли болотистую долину реки Припяти, раздробив здесь славянские племена, и к началу III века проникли в Черноморские области. Быстро заняли они громадное пространство Черноморья от Дона до Дуная, сорганизовались в государства и тотчас же столкнулись с тогдашним культурным миром и с великой Римской империей — почти одновременно и в Придунавии, и Приднепровии и, что нам особенно сейчас интересно, в Тавриде. Самое значительное столкновение было на Дунае и нередко здесь готы угрожали целости Римской империи.

В Тавриду готы проникли в половине III века. При археологических исследованиях могильников по берегу Черного моря, от Феодосии до Херсонеса (особенно в окрестностях Гурзуфа), были находимы в большом количестве, так называемые, деформированные черепа, которые одни относят к готам, другие к аланам. Здесь они быстро и почти беспрепятственно обосновались. События в культурных центрах Тавриды благоприятствовали им: на Боспоре шли смуты из-за престола, а Херсонес, привыкший за последние 200 лет жить под охраной Рима, в качестве области римской провинции Мезии, не оказал никакого противодействия. Риму в это время было не до Тавриды, он убрал последние войска из Таврики, оставив ее на произвол судьбы. Вся Таврида в руках готов. Скифы (таврические) с этого времени, как политическая единица, больше не существуют; они постепенно теряют свои национальные черты и сливаются с готами и другими народами. Боспор, Херсонес и др. — покорные слуги готов, Феодосия сильно падает, а Ай-Тодор замолк навсегда. Готы так крепко осели в Тавриде, что позднее являются ее автохтонами.

В первый свой период владычества готы пользуются морскими силами Боспора и Херсонеса и разоряют, начиная с Кавказских, берега Черного моря. После первой удачи перебрасываются на Малоазиатский берег и опустошают такие города, как Трапезун (257 г.), Халкедон, Никомидию, Никею, Киос, Апамею, Прусу и др., затем на западном берегу Черного моря — города Истрос, Томи, Анхиол и др., наконец, они прорываются чрез Пропонтиду и Эгейское море в Средиземное море, опустошая острова Родос, Крит, Кипр и др.

Завоеватели Тавриды столкнулись с культурой прежних эллинских колоний, подпали под ее влияние, но в это время в Тавриде, как и во всем греко-римском мире, происходил великий переворот в жизни — от языческой античности к христианству. Последнее захватило и готов и быстро распространилось между ними. Походы их в Малую Азию привели к непосредственному столкновению с христианами. Часто среди пленников были последователи Христа, и они в своем унижении покорили победителей своему Богу. Христианство среди крымских готов усвоено было по восточному обряду, и связи их с христианским востоком продолжаются до последних дней их истории. О христианстве готов уже в 258 году говорит неокесарийский епископ Григорий. Апостолы Евангелия у готов нам мало известны, но бесспорно, что их было много, иначе не было бы такого успеха; у Василия Великого сохранилось одно имя — Евтих. Много было у готов мучеников и мучениц, как записано в грузинских летописях (см. М.Джанашвили).

В IV веке уже появляется в Тавриде готская епархия, и первый епископ Унила принял сан от патриарха Константинопольского Иоанна Златоуста. По смерти Унила готский вождь просит у Константинопольского патриарха нового епископа; этот факт говорит за то, что таврические готы были православные в самом начале, а не ариане, как их другие соплеменники. Религиозному обособлению готов много способствовала их политическая оторванность от главной массы готов (ариан), которая после разгрома державы Германариха (около 375 г.) гунским вождем Баламиром должна была из приднепровского «славного царство готов» уйти в пределы восточной и западной империи.

Гунны. Гунны — тюркское племя, около 371 г. перешли Дон и громили все, что встречали на пути. Главная их масса прошла по южно-русским степям, и только незначительная их часть попала в Тавриду. Центры ее культуры уцелели, но готы, после упорной борьбы с гуннами, вошли в договорное соглашение; часть их ушла на восточный берег Керченского пролива, а большинство осело в горах полуострова, где они образовали поселения под защитой нескольких едва доступных кастелей.(5) Степи же полуострова заняли гунны, что вполне соответствовало их характеру и кочевому образу жизни.

Близость гунской степи к Боспору сказывалась на зависимости последнего от гуннов до времени императора Юстина (518-527).

Подъем Византии при Юстиниане (527-565) отразился и на Тавриде. Юстиниан, желая сохранить таврические области во власти империи, укрепляет их города для борьбы со степняками. Привлекает на свою сторону и готов, сооружая крепости для той же борьбы; на берегу моря, как говорит Прокопий: «построил замок, называемый Алустон (н. Алушта), и замок в Гурзувитах (н. Гурзуф)». В этих замках сохранились незначительные остатки укреплений. Исследованные могильники около этих кастелей относятся учеными к готским. Присутствие обломков византийской поливной посуды говорит о том, что здесь была византийская культура. Гото-греческое население покинуло Гурзуф и Алушту в конце XVIII века, при общем переселении в Новороссию. Прокопий называет страну готов Дори (Dori) и говорит, что она плодородна, хотя и гориста. Готы сосредотачиваются преимущественно между Судаком и Балаклавой. Эта область носит и название «Готия». В горах готы сохранили свой физический тип от смешения с тюрко-монголами. Прокопий описывает готов, как образцовых воинов и дружественных Византии; близость эта выродилась в зависимость от последней, фактически фиктивную. В этом положении готы оставались до падения Византии в 1453 году. Эта зависимость поддерживалась церковью. Готская епархия находилась в зависимости от Константинопольского патриарха даже после падения Византии.

Тавриде вообще, а готам в частности, приходится считаться все с новыми и новыми степняками: сначала с аварами, в незначительном количестве затронувшими полуостров; затем с турками, прорвавшимися около 580 г. и причинившими много беспокойства и греческим колониям, и горным готам. В половине VII века Тавриду пытаются подчинить хазары, а в конце века на Боспоре появляется уже «тудун», наместник хазарского кагана.

Хазары. Отсюда власть хазар распространяется на Сугдею (н. Судак) и по горному Крыму. Их роль расширяется в Тавриде, особенно при Юстиниане II (685-711). История его, полная трагических приключений, привела хазар к тому, что они принимали участие во внутренней политике Византии, а после смерти императора Херсонес находился под протекторатом хазар, но не был присоединен к их владениям.

Совершенно другая участь Готии: она подчинена хазарам, в крепости их Доросе они поставили гарнизон и своего тудуна; но князь готский сохранил свой пост. Из истории Готии этого времени нам много сведений дает «Житие» св. Иоанна Готского, написанное в половине VIII века. Св. Иоанн, родом «из Торжища Парфениты», руководил (около 787 г.) восстанием готов против хазар. Успешное вначале для готов восстание окончилось победой хазар, и епископ был заточен в крепости Фуллы (может быть, позднее Солхат), но потом он бежал в Амастриду, где и умер; тело его привезли и похоронили в монастыре Партенита. Хазары отличались веротерпимостью и, благодаря этому качеству, готы, зависимые политически, свободно развивали свою религию. Епископия их переименовывается в митрополию с кафедрой в столице Готии, с частым пребыванием в Партенитском монастыре. Митрополия разделилась на семь епископий и захватила колоссальную территорию: большую часть Тавриды, нижнее Придонье и нижнее Приволжье. В хазарский период поднимается до тех пор почти неизвестный г. Сугдея (Судак, Солдайя, Сурожь древней Руси).

Вторая половина VIII века полна борьбы в христианском мире между иконодулами и иконокластами, иконопочитателями и иконоборцами, сопровождавшейся ужасами гонений; иконодулы нашли убежища и в Тавриде; почти все христиане полуострова принадлежали к последним во главе с епископами св. Иоанном Готским и св. Стефаном Сурожским. В это время в Тавриде появляется громадное количество монахов, бежавших из империи; прибыв в Тавриду, они положили начало многим монастырям. К этому периоду относят возникновение многих пещерных монастырей.

Перечислим известные многим эти забытые уголки: Шулдан, Мармара, ок. д. Шулю, Качи-Кален, Тепе-Кермен, Черкес-Кермен, Мангуп-Кале, Инкерман, Успенский скит, Бакла и мн. др.

Про пещерножительство нужно сказать, что оно было и раньше — его можно отнести к началу христианства в Тавриде.(6)

В первой половине IX века Готия освобождается от протектората хазар и входит в фему(7) Херсонеса с названием готских «климатов»; хазары ослабевают, вероятно, вследствие неурядиц в степях. К этому времени относится появление в Тавриде варяжских дружин, разбойничавших по берегам Тавриды (напр., кн. Бравлин).

Хазарское владычество падает. Возникает и быстро проходить на юге России владычество мадьяр, а за ними между Доном и Дунаем появляются печенеги, в руках которых сосредоточиваются все связи Тавриды с севером.

Нам известны связи Руси только с культурными центрами Тавриды: Херсонесом и Боспором. Возникновение Тмутараканского княжества подтверждает то, что хазары потеряли значение в Прикубании и слабы в Придонии и Поволжье. Влияние Византии расширяется по Таврическому берегу. В разряд Херсонесской фемы входит и Сугдея, только Боспор подпадает под власть нового русского княжества; херсонесская фема, а вероятно, и готы платят Византии определенную подать. Эта зависимость продолжается от XI до начала XIII в.

Read More
07 Июл
0

Грузины


Грузины

При исследовании в Херсонесе (1902 г.) крестовидного храма в христианском некрополе, относимого к концу V века, были обнаружены грузинские надписи. Это нас заставляет думать, что с древнейшей эпохи христианства между Тавридой и Иверией (Грузией) существуют культурные связи, и, мало того, в Херсонесе, как видимо, были люди из Иверии.

О близких связях Грузии и Тавриды говорят грузинские летописцы.(11) Они интересуются судьбами Тавриды и заносят факты из ее жизни: так, записан факт о посылке Иерусалимским патриархом Ермоном св. Ефрема в страну Тавро-скифию, а св. Василия в Херсонес, затем о посылке свв. Евгения Агафодора и Елпидия; о миссии Евферия, при Константине Великом, и Капитона.

В число своих святых Иверия принимает готских святых мучеников, и особенно летопись останавливается на Иоанне Готском и отмечает его посвящение во епископа грузинским католикосом. Этот факт для истории Крымской Готии — большой важности. Нам думается, что в минуты народных бедствий грузины, как и армяне, эмигрировали в единоверные области Тавриды.

Вопрос о грузинах в Тавриде почти совершенно не тронут.

Read More
07 Июл
0

Из истории деятельности Российского общества по изучению Крыма (РОПИК)


Из истории деятельности Российского общества по изучению Крыма (РОПИК)

Крым с его неповторимыми географическими и климатическими особенностями, уникальными памятниками истории и культуры всегда привлекал пристальное внимание многих ученых нашей страны. На территории полуострова жили и работали в различное время многие знаменитые российские писатели, естествоиспытатели, историки, археологи. В XIX — начале XX веков в Крыму были организованы различные музеи, научные и общественные организации, ставящие перед собою цели исследования Крыма, популяризации его природы, истории и культуры: Никитский Ботанический сад (1812 г.), Феодосийский (1811г.), Керченский (1826 г.) и Херсонесский (1880-1890-е гг.) археологические музеи, Севастопольская биологическая станция (1871 г.), Таврическая ученая архивная комиссия (ТУАК, 1887 г.), Феодосийская картинная галерея Айвазовского (передана городу в 1888 г.), Ялтинское отделение Крымско-Кавказского горного клуба (1891 г.), Крымское общество естествоиспытателей и любителей природы (1901 г.), Карадагская биологическая станция (1914 г.); музей обороны Севастополя (1905 г.), Панорама обороны Севастополя (1906 г.). Некоторые из этих известных в России научных объединений издавали свои труды, сборники и путеводители.

После революции 1917 г. число таких учреждений еще более увеличилось. Активно изучало Крым образованное в 1923 г. на базе ТУАК Таврическое общество истории, археологии и этнографии. Продолжало свою деятельность при Крымском университете Общество естествоиспытателей и любителей природы. В начале 1920-х годов в Крыму на основе национализированных художественных ценностей возникло более 10 различных музеев. Охрану исторических памятников, а также руководство всеми музейными учреждениями осуществлял находившийся в составе Наркомпроса Крымской АССР Крымский комитет по делам музеев и охране памятников искусства, старины, природы и народного быта (Крымохрис).

Однако, если о вышеперечисленных обществах и учреждениях мы знаем сравнительно много, то о существовании и деятельности еще одной организации — Российского общества по изучению Крыма (РОПИК — 1923-1931 гг.) мало кто знает. Важно отметить и то, что общество это возникло в Москве и носило всероссийский характер, что в общем не было свойственно краеведческим организациям, изучавшим Крым. История общества требует внимания еще и потому, что в различных отделениях РОПИК состояли также и москвичи — видные ученые и общественные деятели.

Источниками о деятельности общества являются в первую очередь его издания. С 1926 по 1929 гг. Московское отделение РОПИК издало в московской типографии ‘Красный пролетарий’ десять выпусков общественно-научного и экскурсионного журнала ‘Крым’, в разделах которого ‘Хроника’ и ‘На местах’  помещалась информация о деятельности крымских отделений общества, съездах, пленумах, отчеты о деятельности музеев, и т. д.1  Статьи в журналах, написанные московскими, ленинградскими и крымскими членами РОПИК, хорошо отражают разнообразную деятельность общества. Своеобразным источником является и статья секретаря РОПИК, зав. музеем А.П. Чехова в Москве Е.Э. Лейтнеккера ‘Российское Общество по изучению Крыма’ в подготовленном обществом путеводителе ‘Крым’. Отдельные дела с документами о возникновении РОПИК (протокол организационного собрания, Устав, смета и др.) хранятся в Москве в Государственном архиве Российской Федерации в фонде Главнауки.2  К сожалению, отдельного архивного фонда общества, хотя бы комплекса документов об обществе, пока не обнаружено.

Как писал Е.Э. Лейтнеккер первые беседы о необходимости организации Общества по изучению Крыма проходили в июньские и июльские дни 1922 года на террасе Гаспринского дворца — будущего санатория ЦЕКУБУ. ‘Намечавшееся Общество…, — вспоминал он, — призвано было широко помочь возрождению края, содействовать установлению живой, фактически прерванной в период гражданской войны культурной связи между Крымом и Москвой; выдвигалась идея возрождения и восстановления крымских культурных очагов, установления между ними творческого взаимодействия в целях общей координированной работы’.3  Среди участников этих бесед были известные крымские деятели писатель С.А. Найденов, доктор А.В. Кузнецов и др.  Главными же инициаторами создания общества выступили уже упомянав-шийся Е.Э. Лейтнеккер, один из организаторов курортного дела в Крыму Н.И. Тезяков, Н.А. Смирнов и доктор И.М. Саркизов-Серазини.

Днем рождения уникального общества можно считать 13 октября 1922 года, когда в здании Политехнического музея в Москве собралось двадцать человек -учредителей. Среди присутствующих можно было увидеть профессоров и докторов А.В. Цингера, Б.Ф. Добрынина, А.А. Литкенса, С.А. Богуславского, А.В. Кузнецова, И.И. Саркизова, И.А. Багашева, А.Я. Закса, представителя Крымского университета А.В. Семенковича, студентов 1-го Московского государственного университета и др. На учредительном собрании был принят Устав, по которому общество распространяло свою деятельность на всю территорию РСФСР и имело право открывать свои отделения в любых городах страны. Тогда же был принят и план первых заседаний РОПИК, включавший проведение в октябре-ноябре 1922 г. собраний общества с докладами проф. МГУ Б.Ф. Добрынина ‘Происхождение Крыма’ и научного сотрудника Центрального музея Экскурсионного института А.А. Коленкина по теме ‘О научно-исследовательских экскурсиях’, а также устройство вечера, посвященного музыке крымских татар с исполнением музыкальных номеров.  На первом же заседании председателем Временного Совета РОПИК был избран проф. А.А. Крубер, его заместителем — Е.Э. Лейтнеккер. Тогда же определена первоначальная структура общества и образованы 5 секций: естественно-географическая, историко-археологическая и этнографическая, медицинская, экскурсионная, издательско-редакционная 4 .

Исполнительный орган РОПИК — Совет находился в Москве в Музее имени А.П. Чехова. Этот небольшой музей располагался тогда в нескольких комнатах старинной усадьбы Тучковых на ул. Кропоткинской, 21. В начале XX века этот особняк принадлежал И.А. Морозову — основателю известной картинной галереи. Парадные интерьеры здания были превращены в экспозиционные залы. В 1918 г. Морозовскую галерею превратили в Государственный художественный музей нового западного искусства, а позже в части особняка разместили и Музей им. А.П. Чехова.

Второе собрание ОПИК состоялось в Москве 20 мая 1923 г., а первое годичное собрание — 21 декабря 1924 г. На нем было сформировано новое Правление общества во главе с проф. А.И. Пинкевичем и его заместителями проф. А.К. Шенком и Е.Э. Лейтнеккером. Членами Правления были избраны многие известные ученые и общественные деятели, в том числе акад. А.П. Павлов, проф. А.А. Крубер, профессора, археологи А.С. Башкиров и В.А. Городцов, проф. Б.Ф. Добрынин, зав. Музейным отделом Наркомпроса РСФСР Н.И. Троцкая и др.

Как видно из сохранившегося первого Устава общества, деятельность его распространялась на всю территорию РСФСР. На I съезде общества, состоявшемся в Симферополе в апреле 1927 г., был принят новый Устав, тщательно регламентировавший деятельность общества на территории уже всего СССР. С этого времени в начале названия общества слово ‘Российское’ уже не писали. Согласно Уставу, ОПИК должно было заниматься собиранием коллекций и материалов, устройством музеев, организацией командировок, экскурсий, экспедиций в Крым, содействием развития туризма, печатанием собственных периодических изданий, созданием библиотек, лабораторий, организацией собраний для заслушивания и обсуждения научных работ своих членов, открывать филиальные отделения в пределах СССР. Разнообразные направления деятельности общества были свойственны многим краеведческим организациям, возникавшим с начала 1920-х гг. в различных регионах страны.

В течение первых двух лет центральное Правление общества находилось в Москве, в особняке на Кропоткинской улице, а с 1925 г. оно было перенесено в Крым в г. Симферополь. Однако фактически еще в 1925-1927 гг. руководство ОПИК осуществлялось из Москвы. Такое положение объяснялось организационной слабостью крымских отделений общества. Действительно, в Москве в Правлении состояли видные московские ученые и общественные деятели. Так, председателем московского отделения ОПИК, ответственным редактором журнала ‘Крым’ являлся руководитель Главнауки Наркомпроса РСФСР, видный партийный деятель Ф.Н. Петров, его заместителями — Е.Э. Лейтнеккер и проф. Московского университета Б.Ф. Добрынин. Членами Правления были такие известные в области крымоведения ученые археологи, архитекторы, этнографы профессора А.С. Башкиров, И.Н. Бороздин, Б.Н. Засыпкин, А.А. Крубер, Б.А. Куфтин, Н.Д. Протасов.5  Кстати, в первое время издательско-редакционную сессию общества возглавлял Н.К. Гудзий, в будущем академик АН СССР.

Московское отделение общества (МООПИК) особенно активно действовало в нескольких направлениях, среди которых важнейшими было проведение в старинном особняке, Доме ученых (Кропоткинская, 16) открытых научных собраний (каждые две недели), организация экспедиционной работы в Крым, издание журнала ‘Крым’, а также снабжение книгами крымских отделений общества. Так, в 1927 г. на собраниях и заседаниях московской секции было заслушано около 30 докладов. Выступления известных ученых (Н.Д. Протасова, А.С. Баш-кирова, Б.Н. Засыпкина, Г.А. Бонч- Осмоловского, Ф.Н. Петрова, Н.Р. Левинсона, Ю.В. Готье, А.А. Фомина, Н.И. Реп-никова, К.Э. Гриневича, Н.С. Бар-самова, Б.С. Жукова) были посвящены изучению архитектурных памятников полуострова, археологическим раскопкам. Остальные доклады касались в основном трех тем: постройки в Крыму южно-бережной железной дороги, географии Крыма и деятельности отделов МООПИК. 6 

Важной задачей МООПИК было создание в Москве и собственной крымоведческой библиотеки в которой к 1928 г. насчитывалось до тысячи томов. Силами московского отделения общества были организованы комплексные научные экспедиции на Керченский полуостров, в Горный Крым.

25 сентября 1925 г. после длительного организационного периода отделение РОПИК было организовано и в Ленинграде. Территориально отделение размещалось в Геологическом кабинете Университета, что наложило свой отпечаток на направление деятельности отделения в сторону изучения геологии, географии и флоры Крымского полуострова. За 1925 — 1926 гг. членами отделения было прочитано не менее 16 докладов, из которых лишь 3 было посвящено историческому и археологическому изучению Крыма ( докладчики К.Э. Гриневич, Г.А. Бонч-Осмоловский). Подавляющее число докладов было сделано учеными-геологами, ботаниками. В конце  1926 г. были произведены выборы, в результате которых председателем Правления был переизбран проф. Н.И. Кузнецов.7 

Членами Московского и Ленин-градского отделений РОПИК были, как правило, известные ученые, причем Крым в их изысканиях занимал важное место. Большинство москвичей являли собой известных специалистов-археологов, историков: Н.Д. Протасов, Ю.В. Готье, Н.И. Репников, Н.Р. Левинсон. В состав Ленинградского правления входили такие известнейшие ученые-географы и ботаники, как проф. Н.И. Кузнецов, В.П. Семенов-Тяньшанский, Б.А. Федченко, археолог — Г.А. Бонч-Осмоловский и др. Высокий научный уровень работы центральных, отделений ОПИК обеспечивал авторитет общества и признание со стороны как центральных, так и местных научных и общественных организаций.

С момента создания РОПИК в лице его московского отделения прилагало значительные усилия для открытия в самом Крыму отделений общества. Центрами научной и краеведческой работы в Крыму в 1920-е гг. являлись местные музеи, поэтому не случайно именно при них и возникали отделения общества. 22 октября 1923 г. по инициативе группы ялтинских краеведов в присутствии москвичей Е.Э. Лейтнеккера и Б.А. Куфтина открылось Ялтинское отделение РОПИК, 3 ноября состоялось собрание, оформившее деятельность Керченского отделения общества, а в мае 1924 г. организовалось и Симферопольское отделение. В течение двух последующих лет отделения общества возникли в Севастополе, Евпатории, Старом Крыму, Феодосии8. К 1927 году отделения или краеведческие музеи и кружки ОПИК были образованы в Алуште, Бахчисарае, Джанкое, то есть практически во всех крымских городах. Всего же в 1928 году ОПИК имело 11 крымских отделений. Структура и формы их деятельности были схожи с МООПИК. Возглавлялись они, как правило, директорами местных музеев: А.И. Полкановым (Симферополь), Ю.Ю. Марти (Керчь), П.Я. Чепуриной (Евпатория), Л.А. Моисеевым (Севастополь).

Деятельность отделений и их научный уровень были далеко не равнозначны. Работа отделений в Старом Крыму, Джанкое, Алуште сводилась в основном к созданию небольших краеведческих музеев производственного профиля, организации экскурсий, комплектованию местной библиотеки.

Более разнообразно протекала жизнь Керченского, Евпаторийского, Ялтинского и Севастопольского отделений ОПИК. Сразу следует указать на неполноту сведений о работе отделений, опубликованных в разделе ‘Хроника’. Так, например,  годовые отчеты о работе  только Керченского отделения ОПИК напечатаны полностью за 1923-1928 гг.9 , по остальным отделениям можно судить лишь по одному-двум годовым отчетам, опубликованным в журнале ‘Крым’.

Общее представление о формах работы крымских отделений дает деятельность Керченского отделения общества, созданного в ноябре 1923 г. Ядро его вначале составляли 36 человек, преимущественно музейные работники и учителя.1 0 Отделением был организован Музей производственных сил. Организационно работа строилась на проведении заседаний, заслушивании и обсуждении докладов по краеведческой тематике. Председателем отделения был известный музейный работник Крыма, директор Керченского археологического музея Ю.Ю. Марти, что во многом обеспечило отделению деятельность в историко-краеведческом направлении. Так, за годы работы отделения не менее трети докладов было посвящено историческим и этнографическим сюжетам, относящихся к Керченскому полуострову. Кроме Ю.Ю. Марти, неоднократно выступавшего с сообщениями об истории музея, новых археологических раскопках, докладчиками на заседаниях общества были москвичи: реставраторы А.И. Анисимов, Б.Н. Засыпкин, этнограф Б.А. Куфтин. Большинство же докладов на заседаниях было связано с деятельностью Азовско-черноморской лаборатории и популяризацией минеральных богатств Керченского полуострова. 1 1

Активно протекала деятельность и Севастопольского отделения общества, сформированного в 1926 г. и объединившего представителей местных научных общественных сил. Только за первый год работы было проведено 8 открытых заседаний, на которых прозвучали доклады о пещерных городах и памятниках Крыма, о Севастопольской биологической станции, применении фотографии в краеведении и др. Члены отделения выдвинули проекты устройства научно-исследовательских станций и экскурсионной базы РОПИКа в Георгиевском монастыре и в Ласпи-Батилимане. К сожалению, неосуществленным остался предложенный Севастопольским отделением РОПИК проект издания журнала ‘Экскурсант’.

Деятельность Феодосийского 1 2 , Евпаторийского и Бахчисарайского отделений также определялась главным образом историками и археологами, работавшими в местных музеях. Напротив, члены Ялтинского отделения (преимущественно ботаники, зоологи, геологи) занимались в основном изучением фенологических явлений Крыма, его геологии, экономики, курортного дела. Московские и ленинградские ученые — члены РОПИК часто выступали с докладами на заседаниях крымских отделений. Для более тесного контакта с Крымом в Гурзуфе на бывших дачах Троянова и Дерюжинского была организована научная база общества. Предпринимались попытки создания таких опорных пунктов в Симеизе, Коктебеле, Кучук-Ламбате.

Рассматривая деятельность Российского общества по изучению Крыма с точки зрения его вклада в развитие крымского краеведения, следует высоко оценить его публикаторскую активность. С 1925 по 1929 год обществом было издано 9 журналов (объемом от 87 до 210 страниц). Журнал ‘Крым’ выгодно отличался от местных краеведческих изданий других регионов хорошим по тем годам полиграфическим оформлением. Заслуживает внимания и содержание номеров ‘Крыма’. Помимо уникальных сведений о работе отделений общества, содержащихся в разделе ‘Хроника’, в журнале было опубликовано около 100 оригинальных статей. Больше всего работ — 38 — посвящено вопросам истории, археологии, этнографии, музейного дела Крыма. Остальные статьи можно распределить следующим образом: геология и география — 16, экономика — 10, курортное дело и медицина — 10, ботаника и зоология — 9. Отдельные статьи посвящены литературоведению, методике краеведения и др. Значительный удельный вес работ по исторической тематике объясняется тем, что журнал издавался от имени московского отделения общества, члены которого как уже указывалось, тяготели в основном к историческому краеведению. Большой интерес вызывают статьи по архитектуре и искусству 1 3, археологии 1 4, этнографии1 5, музейному делу Крыма.1 6 Из работ по геологии следует выделить статьи Б.Ф. Добрынина о крымском ландшафте, а также группу работ о землетрясении на южном берегу в сентябре 1927 г. Среди публикаций по экономике Крыма высоким уровнем отличаются работы известного экономиста С.А. Усова. В четвертом номере журнала (1927 г.) была помещена статья почетного члена общества Наркома здравоохранения Н.А. Семашко ‘Перспективы строительства государственных курортов Крыма’. По мере выпуска номеров менялось и их содержание. Для первых журналов характерно историко-культурное изучение Крыма, однако начиная с 1928 г. в номерах ‘Крыма’ большая часть публикации относится к изучению экономики, хозяйства Крыма, т.е. в основном производительных сил, что в целом отражало тенденцию в советском краеведении и в общем-то делало менее интересным и занимательным периодический орган РОПИК.

Заметным явлением в крымоведческой литературе стала подготовка и издание в Москве РОПИКом путеводителя по Крыму (М. — Л., 1925 г. 416 с.) — одного из лучших в послереволюционную эпоху. Авторами разделов путеводителя стали члены РОПИК, известные ученые и литераторы Б.Ф. Добрынин, А.С. Башкиров, А.К. Кончевский, И.М. Саркисов-Серазини. А поэт Максимилиан Волошин написал для путеводителя большую статью ‘Культура, искусство, памятники Крыма’.

Увы, Общество по изучению Крыма, как и все краеведческие общественные организации страны, было ликвидировано в 1930-1931 годах. Несмотря на столь краткий срок существования масштаб и результаты его деятельности впечатляют: издание в Москве периодического журнала, организация в Москве, Ленинграде, всех крымских городах отделений, активно изучавших Крым, его природу и памятники, создание в ряде крымских городов (Керчь, Алушта, Евпатория, Джанкой) краеведческих музеев и выставок и т.д. Кроме того, благодаря РОПИК крымские ученые и краеведы получили в Москве общественную трибуну, с помощью которой отстаивали культурные интересы полуострова.

Всесоюзный характер деятельности Общества по изучению Крыма, участие в нем видных специалистов в различных отраслях науки выделяют это объединение и из ряда многих краеведческих организаций СССР   1920-х годов. Кроме того, поиск и исследование материалов работы общества поможет при изучении жизни и деятельности ученых, в различной степени связанных с ОПИК. Восстановление полной истории общества может иметь немаловажное значение для исследования проблем истории культуры, государственных и общественных учреждений и организаций, музейного и экскурсионного дела не только в пределах Крыма, но и в целом по стране. Опыт общества крайне важен сегодня и для возникающих в Москве общественных организаций и землячеств, занимающихся проблемами истории и современной жизни Крыма.

В.Ф. Козлов

Примечания

  1. Крым, 1925, ? 1, ? 2; 1926 ? 1(3), С. 180-191; ? 2(4), С. 11-18; 1928, ? 1(5), С. 101-111; ? 1(6), С. 97-104;  ? 2(7), С. 109-112; ? 2(8) вып. II, С 103-111; 1929, ? 1(9), С. 203-206; ? 2(10), С. 87-88.
  2. ГАРФ, ф. 2307, оп. 2, д. 117. Уставы обществ и т.д.; д. 337. Сообщение об утверждении РОПИК и справки о базах общества; д. 338. Протокол организационного собрания РОПИК…
  3. Лейтнеккер Е.Э. Российское общество по изучению Крыма // Крым: путеводитель. М.-Л. 1925. С. 15.
  4. ГАРФ, ф. 2307, оп. 2, д. 338, л. 3-5 (с об.).
  5. Крым, 1926, ? 1(3), С. 193-194.
  6. Крым, 1928, ? 1(6) вып. II, С. 97-99.
  7. Крым, 1926, ? 1(3), С. 184-187.
  8. Крым, 1925, ? 1, С. 44-45, 75, 80, 82.
  9. Крым, 1926, ? 1(3), С. 180-184; 1928, ? 2(7), С. 109-111; 1929, ? 1(9), С. 203-206.
  10. Крым, 1926, ? 1(3), С. 180. В 1925 году Московское отделение ОПИК  насчитывало 180 человек (список всех членов МООПИК см. ‘Крым’, 1925, ? 1, С. 52), Феодосийское — 30 чел., Евпаторийское — 48, Ялтинское — 117 (на конец 1927 г.).
  11. Крым, 1928, ? 2(7), С. 109-111.
  12. В отчете Феодосийского отделения есть интересные сведения о членах отделения. В 1927 г. из 48 членов с высшим образованием было — 44 %, средним — 37%, остальные 19% — учащиеся местного педтехникума. Учет членов в отношении их интереса к различным отраслям краеведческой работы дал следующие результаты: а) исследования естественно-исторические — 20 чел., б) история, археология и искусство — 13 чел., в) экономика — 8 чел.,  г) медицина и курортное дело — 7 чел. (Крым, 1928, ? 2(7), С. 111).  По другим отделениям подобных данных нет.
  13. Протасов Н.Д. Памятники Судака // Крым, 1926, ? 2,С. 95-105; Башкиров А.С. Художественные памятники Солхата // Там же, 1927. ? 1(3), С. 122-144; Засыпкин Б.Н. Памятники архитектуры крымских татар // Там же, 1927, ? 2(4), С. 113-168; Башкиров А.С. Сельджукизм в древнем татарском искусстве // Там же, 1926, ? 2(4), С.108-125; Ширяев С.Д. Усадебная архитектура в Крыму в 1820-1840 гг. — Там же, 1928, ? 2(8), вып. II, С. 72-102.
  14. Башкиров А.С. Доисторический человек горного Крыма // Крым, 1925, ? 1, С. 18-22; Бонч-Осмоловский Г.А. Доисторические культуры Крыма // Там же, 1926, С. 74-94; Гриневич К.Э. Раскопки в Херсонесе Таврическом  в  1926 г. // Там же, 1926, ? 1(3), С. 112-121; Марти Ю.Ю. Раскопки керченской экспедиции 1928 г. // Там же, 1929, ? 1(9), С. 5-14 и др.
  15. Куфтин Б.А. Южнобережные татары // Крым, 1925, ? 1, С. 22-31; Каралезли Х. Старинный обычай татарского заручения и свадьбы // Там же, 1926,  ? 2(4), С. 132-142: Боданинский У. Производство из шерсти у крымских татар // Там же, 1928, ? 1(6), С. 67-75.
  16. Марти Ю.Ю. К 100-летию Керченского музея // Крым, 1926, ? 2(4), С. 126-131; Гриневич К.Э. Очередные задачи музейного строительства в Крыму // Крым, 1928, ? 2(7), С. 60-64; Марти Ю.Ю. Краткий отчет о деятельности Керченского историко-археологического музея за 1926-1927 гг. // Крым, 1928, ? 1(6), вып. II, С. 99-101; Барсамов Н.С. Феодосийский археологический музей и галерея Айвазовского // Там же, С. 101-104.

Read More
07 Июл
0

Крымское ханство


Крымское ханство

В первой половине XIII в. на Таврический полуостров проникли татары и образовали государство, сначала зависимое от Золотой Орды, а потом от турецкого султана. Этим политическим положением обусловливается деление истории Крымского ханства на два периода; первый назовем золотоордынским, второй турецким. В золотоордынский период татары ведут полукочевой образ жизни, государственные и общественные формы жизни просты и несложны, религия преимущественно языческая; правители крымского юрта, как части Великой Орды, — наместники великого хана, они правители милостью Великого Хана, — определенной династии нет; народность преимущественно тюрко-монгольская. Положение главной орды обусловливает спокойствие или смуту крымского ханства. Внешние враги его — автохтоны Крыма за это время — греки, готы, раньше проникшие сюда тюрки и пришельцы колонисты-италийцы, прибывшие сюда почти одновременно с татарами. Столица этого периода — Солхат (ныне Старый Крым).

В турецкий период (после 1457 по 1783 г.) сложилась определенная культура оседлого народа с сложным государственным и социальным строем, с определенно-идейной религией Магомета — исламом. Крымский юрт, провинция Золотой Орды, становится государством с единоличным правителем-ханом, юридически самодержавным, фактически конституционным. В идее он — независимый монарх, на деле же — ставленник турецкого султана, но последний связан определенным договором: ставить на ханство только лиц из династии «Гиреев». Фактическая независимость ханства обусловливается состоянием политической силы Турции. Внешними врагами ханства являются турки, поскольку они претендуют на господство над Крымом, Польша и Московское государство. Столица этого периода — Бакчэ (н. Бахчи)-Сарай. В первый период золотоордынцы для поддержания своей власти часто совершают набеги на Крым. Особенной жестокостью отличался набег Эмир-Ногая, убийцы хана Тула-Буги. Часто страдал от татар Судак (1322, 1327, 1338 и др.). Большие города Крыма скоро очутились под татарским игом и, платя дань, имели ханских наместников (тудуны-титаны).

Основателем крымского юрта, как определенного целого, считается Орам-Тимур, племянник хана Менгу-Темира, около второй половины XIII в., хотя Хартахай относит основание его к первой половине XIII в. В самом же начале начинаются междоусобия: эмиры, мурзы, беи и разные временщики и узурпаторы, часто при поддержке главной орды, ведут между собой жесточайшую борьбу за власть. Между ними известны Ногай, Джубан, Мамай, Идики и др. Учитывают смуты генуэзцы и расширяют свои владения: так, Джаны-Бек, наместник юрта, после неудачной осады Каффы в 1347 г. сделал генуэзцам большие уступки.

При золотоордынском хане Берды-Беке Золотая Орда начинает свое падение.(12) Крымские наместники пользуются моментом и стремятся к независимости. Знаменитый по «Куликову полю» (1380) и убитый в Каффе, Мамай заявляет крымский юрт автономным. К этому же стремятся правители Толук-Тимур, Мелик-Темир, Зейн-Эд-Дин-Рамазан, Катлог-Тимур. Автономность юрта проявляется в том, что он чеканит свою монету, древнейшая относится к 1284 г.

Крымские татары совершают полные ужаса набеги на Русь и Литву, но последние в эту пору сами достаточно сильны и иногда с успехом отражают их. В 1320 г. литовский князь Гедимин (1315-40), преследуя разбитых им татар, проник в Крым и разорил его с Херсонесом включительно. Тоже проделал князь Ольгерд (1345-77), а затем в 1398 г. Витовт (1377-1434) заставил бежать татар в Крым за Перекоп. Государственный строй золотоордынского периода был, вероятно, сколком с устройства Великой Орды. Во главе юрта был наместник или хан, он верховный судья и вождь народа; его помощник в военном деле, начальник главных военных сил — оглак; туман — начальник 10.000-й дивизии; минник — тысячник; юз (башы) — сотник; он (башы) — десятник. Были чины и по гражданским делам (городские и сельские). При дворе правителя целые штаты конюших, стольников, спальников, охотников, сокольников и т.д. Все эти должности и двор хана требовали средств на содержание; военные, гражданские и другие нужды требовали тоже. Явилась необходимость в обложении населения определенной податью и данью, для сбора коих требовались особые чины; они назывались по характеру налогов: баскаки (русск. давители), таможенники, раскладчики (податей), заставщики, мостовщики и т.д. Судоустройство было примитивное: судья — всякий старший по роду, по религии или по положению; судопроизводство — словесное; в суде вначале было царство мести («око за око»), а потом этот институт заменяется системой штрафов. Сословия делились: 1) на высший поземельный класс (родовой и чиновный), 2) духовенство (близко к первому), 3) народ (татары) и 4) рабов (особенно военнопленные).

Первоначальная религия — языческая с придатком шаманизма; с конца XIII в. проникает ислам, но достигает полного своего развития около половины XV в. Надо заметить, что и христианство было не чуждо крымским татарам. Еще в XIII в. были христиане из татар: в записях сугдейского синаксаря находится много тюркских имен, напр., Анна, дочь Анепая (ум. 1273 г.), Чолак, монах Аладжи (1288) и т.д. Со времени принятия ислама в конце XIII в. особенно интенсивно развивается духовное сословие. Торжество ислама наступает постепенно, а с ним развивается и его иерархия. Глава духовенства муфти — первое лицо после хана; казы — духовный судья, мудерисы — наблюдатели школ, шейхи — монастырей и софу (отшельник). Народ был бесправен, но юридически свободен, рабы — вещь (res) — собственность владельца, татарин не был раб.

В XV в. сложились в определенные формы отношения и внутренняя социально-политическая жизнь ханства. Во главе правления стоит хан, юридически-волею Аллаха, а фактически милостью или султана, или организованной сильно аристократии, смотря по тому, кто сильнее. Хан — верховный вождь и судья, но он не может сделать ни одного серьезного шага без согласия Совета пяти или «дивана» (своего рода государственный совет). Хан не неограниченный деспот, а конституционный монарх, ограниченный своим дворянством. Высшие представители знати (беки, эмиры, мирзы и т.д.), обладая большими земельными вотчинами, часто являлись в своих уделах независимыми царьками, имели свои отряды войск, право сношения с государями чужих стран, право суда в своих владениях, сбора пошлин и т.д. Хан часто не смел вмешиваться в их дела. Чувствуя свою силу и независимость, они держали в своих руках бразды правления. Сложность государственного механизма и обилие должностных лиц по всем отраслям государственной жизни требовали колоссальных материальных средств, которые с громадным трудом добывались из народа. Тяжесть налогов приводила к обнищанию масс.

В основе судопроизводства лежит Коран с его многочисленнейшими толкованиями. Коран карает только проступки гражданского свойства. Политические преступления, как таковые, отсутствуют. Существовавший институт мести к концу ханства утрачивается.

Быт татар отличался сложностью и обрядностью, но брак был простым договором с «калымом» от мужа и приданым от жены.

Со времени Менгли-Гирея обращается внимание на образование: язык и философия арабов пользуются особым уважением среди татар. Весьма развита изящная литература и архитектура. Много памятников архитектуры сохранилось в городах Бакчэ (Бахчи)-Сарае, Гезлефе (Козлов — Евпатория), Каффе (н. Феодосия), Карасу-Базаре и др. Торговля и промышленность были сильно развиты в только что поименованных городах. Сельское и домашнее хозяйство, особенно садоводство, виноградное дело и табаководство были хорошо поставлены.

Но политическое и социально-экономическое неравенство классов, бесправность и безразличность масс в общей жизни народа, эксплуататорская и эгоистическая деятельность ханов и высших сословий, развращающая политика Высокой Порты, изжитость старых культурных форм жизни — все это привело государство к слабости и упадку. Таким образом причины падения ханства находятся глубоко во внутренней жизни народа.

9-го апреля 1787 года Крым был официально присоединен к Российской империи, а в 1792 г. и Турция признала факт совершившимся. В 1861 г. крымские татары огромными массами выселились в малоазийскую Турцию.

Read More
07 Июл
0

Мангуп


Мангуп

Древний город Мангуп-Кале получил это имя в эпоху турецкого владычества в Крыму, прежде же он назывался Феодоро, Дори. Под эти наименованием он был столицей Готии, резиденцией гото-греческих князей, династия которых окончилась с подчинением туркам всей Готии и взятием последними Феодоро в 1475 году. Когда возникла эта гото-греческая династия, точно не известно; вероятно, в эпоху подчинения Тавриды Трапезундской империи после 1204 г. Феодоро в цветущем положении существовал еще в эпоху Юстиниана Великого (527-565), который, как известно, покровительствовал Готии и, защищая ее от набегов гуннов, построил крепости Алустон и Гурзувиты.

Когда готы поселились в горах Тавриды, точно не известно, но, вероятно, гунны загнали их сюда, а в частности на Мангуп. Нет сомнения в том, что на Мангупе и до готов было поселение, и можно быть уверенным, что во время Скилура и Палака (II-I в. до Р.Х.) это удобнейшее место для самообороны было крепость, как крепости Неаполись, Палакион, Хавы и др. Тавры, исконные обитатели близких к морю областей, бесспорно, и здесь имели свое поселение. Обилие роскошной ключевой воды на самом Мангупе, обилие лесов, окружающих Мангуп, с разнообразной четвероногой и крылатой дичью, безопасность от врага, легкость устройства жилищ в мягких скалах Мангупа невольно заставляют думать, что доисторическому человеку не нужно было искать более удобного места, чем Мангуп. Итак, нам представляется, что Мангуп искони должен был быть обитаем. Изыскания необходимы не только на его площади, но и в ущельях его. После пожара 1592 г. город пришел в упадок. Кастель же служил убежищем для ханов в неспокойные для них времена.

При знаменитом П.Палласе, который посетил Крым в 90-х г.г. XVIII ст., город был окончательно покинут даже и евреями кожевниками. Сюда только наезжали «сыромятники евреи из Чуфут-Кале в летнее время и употребляли для выделки кож обретаемые при горе во множестве дубильные растения, причем и вода здесь почитается способной для такой работы» (Pallas. «Reise…»).

В 1578 г. его посетил М.Броневский. Его литературное известие для нас самое древнее и драгоценное. Много заметок было сделано о Мангупе и в последующие столетия. (П.Кеппен, Дюбуа-де-Монпере и др.). В прошлом столетии серьезные изыскания произвел здесь проф. С.-Петербургского Университета Ф.А.Браун (но за недостатком времени и средств его начиная остались таковыми). В 1912 году начал археологические исследования чл. Импер. Археол. Комм., Р.Х.Лепер, и продолжал их в 1913 г. (Работы еще не закончены).

Развалины города Мангуп-Кале находятся в Симферопольском уезде, в 16 верстах от города Бахчисарая и 14 верстах от станции Бельбек, на неприступной скале в 1900 фут. над уровнем моря, имеющей почти со всех сторон скалистые обрывы. Гора имеет вид кисти человеческой руки, с растопыренными четырьмя короткими пальцами-мысами. (План, прилагаемый здесь, взят из альбома Дюбуа-де-Монпере. Он в очертании не совсем соответствует действительности, но на нем указаны древности, сохранившиеся еще в первой половине XIX века). Последние, а также и ущелья, находящиеся между ними, имеют свои наименования. Западный мыс называется Чамнук-бурун,(19) северо-западный — Чуфут-бурун, северо-восточный — Гелли (элинский)-бурун и восточный — Ташкли (Таш — по-татарски камень, крепостной мыс) бурун или Ташкин-бурун; ущелье между Чамнук-буруном и Чуфут-буруном называется Табана-дере,(20) между Чуфут-буруном и Гелли-буруном — Гаман (или Хамам, или Аман) дере и между Гелли-буруном и Ташкли-буруном — Капу (ворота)-дере.

Доступ на Мангуп в настоящее время с риском возможен в экипаже только в объезде всей южной части скалы и восточного мыса Ташкли-буруна по Капу-дере, для пешеходов же возможен доступ по тропинкам, от деревушки Ходжа (или Коджа)-Сала, лежащей у северной подошвы горы Мангупа, по Табана-дере или Аман-дере. Площадь горы и ее мысы сплошь усеяны громадными грудами строительного мусора, заросшими кустарником, а по краям обрывов и в некоторых местах по самой площади горы возвышаются величественные руины стен с круглыми, четыреугольными и многогранными, иногда зубчатыми, башнями. Поражают свой грандиозностью руины стен и большого посредине их здания, огораживающих Ташкли-бурун от остальной площади всего Мангупа. Эта часть города представляет из себя цитадель, его самое недоступное место для врага. С трех сторон оно защищено страшными обрывами скалы и только с запада защищается искусственной, только что упомянутой, стеной. Стена эта, местами с великолепно сохранившейся кладкой, толщиной аршина четыре, имеет, как мы сказали, посредине развалины высокого двухэтажного здания, выступающего несколько вперед стен. Это здание принято считать за «дворец» тех гото-греческих владык, резиденцией коих был Мангуп. Дворец этот в дотурецкую эпоху был хорошо орнаментирован, и до сих пор сохранились резные наличники на окнах. Местами эти украшения обличают то, что они, вероятно, взяты из развалин каких-либо зданий и скорее всего из древних храмов, так как близкие орнаменты и сюжеты наблюдаются при исследовании последних.

Этот дворец в турецкую эпоху служил местом для заключения ссыльных. Мартин Броневский говорит: «нередко случается, что ханы, взбешенные против послов московских и водимые варварским обычаем, затворяют их в этом доме и строго содержат».(21) Что дворец превратился в каземат, видно из того, что окна его грубо заложены камнями, и оставлены только маленькие квадратные отверстия.

В восточной части Ташкли-буруна (кастеля) обнаружена и расчищена Р.Х.Лепером находящаяся над самым обрывом пещерная церковь. Она представляет четыреугольную камеру с высеченной полукруглой алтарной абсидой; с запада в нее ведет высеченная в скале лестница. Потолок, вероятно, был деревянный. Далее, в самом углу мыса двух-этажная пещера («Барабан-Коба»). Нижняя, в которую из верхней ведет высеченная лестница, разделена на 2 больших камеры, первая большая имеет вдоль стены несколько высеченных (6-7) маленьких камер, отделенных одна от другой. Это, вероятно, был тоже своего рода каземат, где приковывались преступники в каждой камерке отдельно. В скале кастеля обнаружено много гробниц, некоторые из них расследованы; изучение материала покажет, кому они принадлежат.

В тех местах, где площадь города была доступной для врага, стоят руины стен. В ущелье Табана-дере они идут в два ряда. Поросшие зеленью, они приковывают взор всякого путешественника своей красотой и навевают грустные думы своей фрагментарностью и заброшенностью. Хочется убрать ту зелень, которая цепко обвила руины, но в то же время и жалко ее, так красиво и как бы любовно прильнула она к старым, некогда могучим и славным развалинам. Стены не везде сохранились хорошо, местами они представляют полнейшее разрушение. Наиболее сохранились на Чамнук-буруне при спуске в Капу-дере, где были главные ворота и доступ в крепость и около «дворца». Стены не везде одинаковой толщины: самые внушительные и лучше сохранившиеся — на Ташкли-буруне. Сохранилось в стенах несколько башен, формы их четырехгранные, шестигранные и круглые (иногда грани неровные). Стены эти поздне-гото-греческого времени, а частью даже турецкого, это видно из того, что часто материалом для их постройки служили руины прежних зданий, и особенно древних христианских храмов. Нужно еще упомянуть о маленькой стене, защищающей доступ со стороны южного обрыва скалы, где был сделан искусственный спуск к пещерному храму, о котором мы будем говорить ниже. Как мы выше сказали, стена с «дворцом» отделяет цитадель от остальной площади горы, которая представляла собственно город с его улицами, площадями, храмами и обычной жизнью. Еще Мартин Броневский говорит, что в его время сохранились на Мангупе («Манкоп») «только греческая церковь св.Константина и другая св. Георгия, совершенно ничтожные… На стенах греческих храмов видны изображения, представляющие родословную государей и государынь, от которых (князья Мангупа) происходили».

Раскопками 1912-12 г.г. Р.Х.Лепера расследованы два храма, к которым можно приурочить наименования Броневского. Эти храмы обследовались (не до конца) еще в 1890 году проф. Ф.А.Брауном.

К церкви св. Георгия можно приурочить небольшой одноабсидный четыреугольный храмик над склепом, находящийся на Гелли-буруне. Абсида его на востоке, вход с запада; сложен он из местного мягкого, плотно и тщательно пригнанного камня, сохранился низ алтарной преграды, поздний престол, а под ним основание древнего. Кроме мелких находок (бусы, колечки (2), серебряная татарская монета), на полу найдено много мелких кусочков с росписью штукатурки; храм сильно пострадал от пожара. При входе в него «стоял большой камень, оказавшийся нижнею частью большого рельефа, изображающего всадника; под конем с правой стороны можно, повидимому, усматривать часть дракона…».

Повидимому, это — изображение св. Георгия. Около «храма св. Георгия» много могил, есть между ними и так называемые «двурогие», которые прежде приписывались только евреям. К церкви св. Константина мы хотим приурочить, начатый раскопками Брауна и доследованный Р.Х.Лепером, храм типа трех-абсидной и трех-нефной с нарфиком (притвором) базилики. Из расследований 1912-12 г.г. выяснилось, что этот храм пережил две коренных эпохи: раннюю — грандиозного размера и позднюю — меньшего. Храм обеих эпох сильно пострадал от пожаров. Древний храм, кроме трех нефов, имел еще с севера и юга пристройки в виде нефов, но отделенные стеной, и таким образом в плане имеет вид пятинефной базилики. Размеры храма говорят о его грандиозности. Весь храм без абсиды (она выступает на 5 аршин на восток) имеет размер 35х38 арш., средний неф — 111/2х30 арш., боковые нефы — по 5х30, пристройки — 4х36 и нарфик -5х23. Средний неф отделяется от боковых обычно колоннами. Колонны восьмигранные из целых кусков того же камня, который употреблен для остальной постройки. Пьедесталы почти кубические (ребра около 12 верш.), сложенные из тесанного камня. Вход в храм был с запада, на нем сохранились кресты в окружности, византийского типа, расширяющиеся к концам и суживающиеся к центру.

О времени построения первого храма говорит надпись, заложенная в зиждительный столб, поставленный между южным и средним нефами, видимая с южного нефа и указывающая о существовании храма при Юстиниане Великом. Такой грандиозный храм вполне соответствовал эпохе этого императора, покровителя готов. Во вторую эпоху храм занимал план центрального храма, а боковые пристройки его остались под землей. Второй храм был воздвигнут значительно позднее. Развалины прежнего храма успели засориться. Новый храм строился по плану прежнего и по его фундаментам, но не подражал ему всецело. На стенах храма сохранились остатки росписи, на наличниках дверей — роскошный орнамент, представляющий плетение толстых шнуров с ветками и листьями. Жалкие остатки архитектурных фрагментов, штукатурки все-таки дают понятие, что храм был богато орнаментирован.(22) Второй храм был выложен из такого же материала, как и первый.

В расследованных местах вокруг храма обнаруживалось много могил с разноформенными памятниками. У одной восточной абсиды до 35 штук. Типы их «однорогие», «двурогие», трапецевидные. Многие из них орнаментированы. Орнаменты — или плетение лент, или плетение шнуров с ветками и листьям. Все они христианского характера; на одном «однорогом» памятнике сохранилась надпись, говорящая о том, что в данном месте в Бозе почил чтец Стефан с женой и ребенком 9 ноября 6965 г. (1457 г.). при раскопах храма обнаруживается в верхних слоях, в разнообразном положении к плану храма, много могил с памятниками; среди храма есть много усыпальниц с коллективными погребениями. В мусоре при очистке храма попадается много фрагментов поливной посуды (византийской, генуэзской и турецкой). К юго-востоку от базилики св. Константина (?) начато расследование под двумя холмами какого-то громадного продолговатого здания с двумя рядами колонн (по 6 в ряд) посредине, с массой пристроек с южной стороны и с башнеобразным зданием с северной стороны. Что представляет из себя это здание, трудно пока сказать, так как оно еще не доследовано. Фундаментальность и тщательность кладки заставляют думать, что это какое-либо важное общественное место. В северной части этого комплекса помещений была найдена греческая надпись в двух фрагментах, представляющая половину большой надписи, с датой 6934 (1425 по Р.Х.), с гербом в виде двуглавого орла и с орнаментом. Надпись эта интересна и для истории Крыма, в частности для Мангупа, и для истории двуглавого орла.

Среди расчищенных руин есть еще комплекс фундаментов, который Кеппен и другие авторы называют синагогой (у западного спуска в Табана-дере). Синагогу в целом виде видел еще Паллас, а при ней несколько домов евреев-кожевников.(23) К достопримечательностям Мангупа относятся так называемые пещерные храмы: в западном обрыве Чуфут-буруна (около первой оборонительной стены, пересекающей Табана-дере), и в южном обрыве Мангупской скалы, недалеко от того спуска, который образован расщелиной скалы. Второй храм значительно интереснее, потому что сохранились его фрески.

Он находится в восточной части большой продолговатой глубокой пещеры и целиком вырезан в скале. Пещера с храмом находится как бы во втором этаже, в нее ведет лестница из пещеры, находящейся под церковью, в которую проникнуть можно по лестнице снизу от тропинки, извивающейся вдоль южного обрыва Мангупа. Храм имеет вид удлиненного квадрата с коробовым сводом, с высеченной полукруглой, полусводчатой абсидой. В абсиде вдоль полукруга вырезан синтрон (место для сидения священнослужителей), ниша для Св. Даров и место для престола. Абсида отделяется алтарной преградой, тоже вырезанной в скале. В средней части храма влево полувысечены две могилы в виде гробов и еще одна в стене северо-западного угла храма.

Что же сохранилось от фресок храма, и что они представляют? На первый вопрос ответить трудно, так как фрески испещрены надписями, лики выковыряны и вырезаны за исключением немногих, но по остаткам можно восстановить сюжеты росписи. Фреска сделана была одной кистью, без резца, по сырой штукатурке, штукатурка же смешана с небольшим количеством соломы, вероятно, для крепости.

В нише жалкие остатки в овале поясного изображения Спасителя. Над овалом в сводике ниши изображен шестиконечный крест, из нижнего ствола которого произросли ветки аканфа, и вокруг всего креста те же ветки заплетают всю нишу. Над главной перекладиной креста надпись налево I C, направо X C, под ней налево H I, направо K A. Ниша обрамлена снаружи рамкой, которая тоже ужасно изрезана: по ней шла надпись, остались только отдельные буквы. В полусводе абсиды изображен Иисус Христос в положении «Царя Царствующих» на троне, в традиционной византийской торжественной позе. По краю свода с правой стороны от И.Х. на троне находилось изображение Богоматери. Напротив Богоматери с левой стороны изображение Иоанна Предтечи. Между этими святыми и сидящим И.Х. направо и налево «шестокрылатые херувимы, лики закрывающие». Весь полусвод имеет темно-синий фон.

Под вышеописанным комплексом изображений по стене абсиды написаны святители во весь рост. Надписи почти не сохранились, — только у одного можно прочитать «Хризостомос» (Златоуст) и еще у другого — Григорий. На триумфальной арке со стороны храма в центре изображен «Спас Нерукотворный». С правой стороны стороны «Спаса Нерукотворного» Архистратиг Михаил в одежде воина. Вправо от Архистратига Михаила совершенно стертое изображение Архангела Гавриила — сохранилась великолепно только одна его надпись. С левой стороны Спаса Нерукотворного три неясных изображения святых. Влево от трех святых большое изображение Благовещения.

По своду храма около триумфальной арки сохранилась полоса фрескового изображения. В центре ее в окружности — поясное изображение Богоматери. Под этим изображение в южной стене прорублено небольшое окно.

Кроме вышепоименованных древностей Мангупа, нужно упомянуть еще погребения в пещерах у бывших крепостных ворот при спуске в Капу-дере и колоссальное количество еврейских памятников над могилами в Табана-дере с разноформенными памятниками: двурогие, однорогие, трапецевидные — узкие и широкие квадратные и др. Весь склон в Табана-дере между первой и второй оборонительной стеной усеян сотнями этих памятников, белеющих на фоне богатой зелени.

В заключение осмелюсь сделать попытку распределить преобладающие народности, жившие на Мангупе, по территории в турецкую эпоху, а может быть, и до-турецкую, по названиям местности. Около Табана-дере на Чамнук-Чуфут-бурун и в западной части Мангупа — татаро-еврейская часть; по Гелли-буруну и ближайшей площади города до «дворца» — греко-готская часть; а в кастели по Ташкли-буруну в до-турецкую эпоху было население гото-греческое, а в турецкую здесь жили турки.

Read More
07 Июл
0

Неаполис


Неаполис

Неаполис — столица сильного царя скифов Скилура — находится в 1 версте к юго-востоку от нынешнего Симферополя. Неаполис встречается в известном псефизме, изданном херсонесцами в честь Диофанта, — и затем в «Географии» Страбона. В первом говорится о том, что Диофант овладел скифскими крепостями и между ними и Неаполисом. Литературные известия о Неаполисе весьма скудны. После Мифрадата он как бы замирает и только на основании археологического материала можно дополнить сведения об этом давно забытом городе. Известия о нем в новейшее время встречаются у Х.Х.Стевена (неизданный дневник), посетившего городище (1827 г.); затем у М.Бларамберга (1831 г.), у Дюбуа-де-Монпере (1834 г.) и у графа А.С.Уварова, в 1853 г. производившего там раскопки. Таврическая Арх. Коммиссия производила изыскания 1887, 8 и 9 г.г. В 1890 г. Императорская Археологическая Коммиссия командировала сюда для исследований профессора Н.И.Веселовского.

По описанию М. Бларамберга, Неаполис — «возвышенность, представляющая почти равнобедренный треугольник, длиной в 440 сажень. Она образовала древнюю крепость, защищенную с двух сторон обрывом естественных, горизонтально наслоенных скал, а с третьей стороны — стеной, служившей оплотом треугольника… Эта стена была более 600 шагов». План территории этого городка мы взяли из альбома Дюбуа-де-Монпере, где он фигурирует под названием Керменчик (Kermentchik). Это слово — татарское и значит «крепостца». Городище — треугольник с с.-в. граничит с долиной реки Салгира, с с.-в. и ю.-в. — глубокой «Собачьей балкой». Крепостные постройки из местного камня известняка. В обрыве скалы высечено много крипт, в них находились в большом количестве погребения, часто коллективные, вероятно, здесь были усыпальницы; все почти они разграблены. Внизу, по склону Собачьей балки, было обнаружено Н.И.Веселовским большое кладбище, но гробницы не в скале, а в материковой земле, и расположены ярусами, среди них много с коллективными погребениями, «по найденным римского характера предметам можно установить, что погребения относятся ко II и III векам по Р.Х.».

В настоящее время на городище Неаполиса с трудом возможно восстановить что-либо цельное от древнего времени, так как почва совершенно изрыта и счастливчиками, и искателями строительного материала; камень выбран почти весь и свезен на постройки в Симферополь. Во времена Бларамберга здесь были найдены архитектурные фрагменты с надписями: 1)»Царь Скилур, великий царь, 30-й год царствования…»; 2) «Зевсу Атавирскому приношение Посидея, сына Посидеева», 3) «о приношении того же Посидея Афине Линдосской» (так читал Бларамберг). Из текста первой надписи мы видим имя царя скифов Скилура, организатора сильного скифского царства во II веке до Р.Х. Скилур чувствует себя настолько сильным, что именует себя «великим царем», как и следовало ожидать, по иранской традиции, от монарха тавро-скифов, иранцев по происхождению.

Изображение царя Скилура Бларамберг видит на фрагменте барельефа, найденного на территории Неаполиса, представляющего старца с длинной бородой и волосами, во фригийской шапке, отороченной «лучистой короной». Со старцем изображен юноша, в котором Бларамберг видит сына Скилура, Палака. Основанием для подобного утверждения служат ольвийские монеты Скилура с его изображением, будто бы похожим на изображение на барельефе. Крепость Неаполис существовала, вероятно, и в последующую эпоху, но у нас нет сведений дальше III века по Р.Х. Бларамберг предполагает, что она могла служить оплотом во время борьбы готов со степняками гуннами и что, вероятно, была восстановлена при Юстиниане Великом, как и другие города Готии.

Read More
07 Июл
0

Партенит


Партенит

Партенит находился в Партенистской долине, расстилающейся у восточного подножия Аю-Дага. В настоящее время это имя усвоено небольшой татарской деревущке, приютившейся здесь же. Партенит в средневековье Крыма представлял из себя один из центров христианства на южном берегу крыма. Чудный климат, заманчивая природа издревле привлекали жителей в эти места. Аю-Даг, можно сказать, в некоторых местах сплошь усеян культурными остатками. Нет сомнения в том, что тавры обитали здесь и чувствовали себя безопасными, не прошли мимо и греки; готы остались здесь до новейших времен (до конца XVIII в.). Партенит в готскую эпоху представляет из себя небольшой городок с монастырем, в котором нередко имели свою резиденцию гото-греческие иерархи. Каков был город, об этом мы ничего не можем сказать, так как нет историко-арехологических данных. Про монастырь же, на основании историко-археологического материала, нужно заметить, что он был и многолюдный, и богатый.

В Партените историко-археологическими исследованиями обнаружены остатки (фундаменты) христианского храма типа трех-нефной и трех-абсидной базилики. Как показало исследование, храм этот пережил около 10-ти столетий, претерпевая неоднократное разрушение и восстановление. На основании историко-литературных известий и археологического (в частности, эпиграфического) материала, возникновение этого храма (во имя св. апостолов Петра и Павла) относитс ко времени епископа Иоанна Готского, в конце VIII века. В этом же храме, вероятно, был погребен и основатель его. О знаменитом ревнителе православия в Готии говорит грузинский летописец: «Иоанн был узник Тавро-скифии и жил во времена Константина и Льва Исаврианина… Духовно и телесно достигши возраста архиерейского и служения, Иоанн, по избрании народом в архипастыри, отправился к картвельскому (Иверия) католикосу и получил рукоположение во епископа (758 г.)… По смерти Константина и Льва он явился к императрице Ирине и, уладив дела христиан, вернулся обратно в Готию, где перенес много бедствий от владетелей Хазарии. Когда скончался Иоанн, его св. останки положены были в монастырь св. апостолов» (М.Джанашвили).

К первой эпохе храма относятся фундаменты, кладка которых «из тесанных, штучных камней на хорошем известковом растворе». В IX-X в.в. храм VIII века погиб от пожара и только в середине первой половины XV века, при князе Алексее, «владетель города Феодоро», храм этот восстановляется по фундаментам древнего, но кладка иная: она «из камней, смешанных по составу, но все же аккуратно пригнанных на извести, резко отличающаяся от первой». Выполнено восстановление митрополитом Дамианом, как говорит надпись 1427 г. Последний храм существует только до 1475 г., когда турки, подчинив Каффу и всю Готию, разрушили и Партенитский храм. В руинах он, вероятно, находился до XVI в., когда, вероятно, и был восстановлен, но в значительно меньших размерах, отличаясь бедностью по сравнению с прежним. «Кладка его — из местных нетесанных камней на очень плохом растворе».

Последний храм был настолько мал, что скорее походил на часовню; он помещался в среднем нефе, между южной и северной стеной. Бедность храма и незначительные его размеры говорят о том, что прихожане были тоже бедны, да и число их значительно уменьшилось. В конце XVII века храм приходит в запустение, а в XVIII веке совершенно разрушается.

Территория Партенита еще только затронута исследованиями, и если бы ее подвергнуть дальнейшим изучениям, то, может быть, она даст результаты, которые откроют жизнь Партенита не только в готскую, но и в древнейшую эпохи.

Раскопки здесь производили художник Д.М.Струков в 1871 году и Н.И.Репников, по поручению Императорской Археологической Коммиссии, на средства владелицы Партенита М.Г.Раевской, в 1907 году.

Read More