СОБОРНЫЙ ХРАМ СВЯТОГО ВЛАДИМИРА В ХЕРСОНЕСЕ
Н.В.Манкуни. Соборный храм святого Владимира в Херсонесе. Севастополь, б.г.

Крещение св. равноап. кн. Владимира28 июля (15-го по Юлианскому календарю) — день блаженного успения святого равноапостольного князя Владимира. Архимандрит Аверкий писал, сокрушаясь о том, что до 1888 года этот день слабо праздновался на русской земле: ‘Только попав за границу, после того, как нашу родину постигло страшное кровавое бедствие большевизма, русские люди в изгнании занялись переоценкой ценностей и вскоре многие из них поняли, как слепы они были раньше и, в частности, как мало ценили они своих подлинных духовных вождей и национальных героев и гигантов духа. Поняли они, что величайшим сокровищем русского народа является св. Православная вера, которой русский народ обязан буквально всем, что было у него прекрасного и возвышенного. Поняли они, что величайшим и славнейшим событием в истории русского народа является Крещение Руси, а величайшим национальным героем и духовным вождем русского народа должен быть признан главный виновник этого события — святой равноапостольный великий князь Владимир’.
Архимандрит Аверкий, Крещение Руси и заветы св. князя Владимира русскому народу.

Этому поистине величайшему событию предшествовало и послужило источником другое, в этой связи не менее великое — крещение самого Владимира.

Сразу же после отвоевания у мусульман исконно православной Тавриды в 1783 г. светлейший князь Г.А. Потемкин-Таврический командировал в Севастополь ученого немца Габлица и полковника Байдани, для собирания всевозможных сведений о Тавриде и для проверки сведений ‘Повести Временных лет’, которая совершенно определенно указывала место крещения князя Владимира — Херсонес, добавляя ‘не знающие истины говорят, что Владимир крестился в Киеве, иные же говорят: в Васильеве, а иные по-другому скажут’. И вот Габлиц на плане развалин древнего Херсонеса обозначает буквой ‘Е’ место, где по простонародному преданию греков, крестился князь Владимир. С поисков этого места и начинаются раскопки Херсонеса в 1827 г. по приказу Начальника Черноморского флота адмирала А.С. Грейга. Самый крупный из найденных семи храмов военный инженер Крузе описывает следующим образом: ‘Первый храм находился в середине бывшей уповательно главной улицы города. Построен по обеим сторонам оной, имевшей сводный проезд через стены, за коими шла эта улица до крутого берега моря от крепостной стены. Начав раскопки снаружи храма, в буте между камнями впервые встретил множество человеческих скелетов в перпендикулярно-стоячем, боковом и горизонтальном положениях, а некоторые с прорубленными черепами, принадлежащими, конечно, защитникам сего важного места.

Стены по зачищении от упавших камней оказались в высоту от одной до полутора саженей. Вход в храм с левой стороны по всей высоте был украшен тонкими мраморными плитками с красивой позолотой. Пол состоял из грубого мозаика. В расстоянии до четырех саженей от дверей показалась мраморная резная балюстрада в полукруглом виде с позолотой. Место, на котором, уповательно был алтарь, устроено в виде амфитеатра со ступеньками, которые все оказались покрытыми тонкими перезолоченными дощечками. До начала выступавших из капитальных стен пилястров в готическом стиле, поддерживавших, вероятно, арки сводов, на коих поддерживался купол, ступеньки сии постепенно уменьшались в высоте и ширине. Амфитеатр сей примыкал к балюстраде, перед коею я открыл трехсаженную равностороннюю яму, в квадрате не шире полутора аршин. Стены ее имели штукатурку гладкую как зеркало и хранили блеск розово-красной краски, как будто лишь несколько часов назад были полированы’.

Это был тот самый храм, о котором профессор Одесского университета Мурзакевич, председатель Одесского общества истории и древностей, посетивший Херсонес в 1836 г., предположительно сказал: ‘Не в этом ли храме крестился князь Владимир?’.

С этой находки началась забота адмирала Грейга о том, чтобы столь важное для православных место обозначить памятником. Подумать только, что произошло здесь много веков назад. ‘Время, избранное Владимиром для похода против Византии, было удачное. Константинопольские императоры находились в трудном положении вследствие бунта полководца Варды-Фоки. Окончательно одолеть его удалось с помощью шеститысячного русского вспомогательного войска. Императоры не исполнили обязательства, данного в связи с этим, кн. Владимиру, о выдачи за него замуж сестры императоров Анны’. Н.Тальберг, История Русской Церкви.

В августе 988 г. киевский князь с дружиной подошел к Херсонесу. На пути его стояли отлично обученные и вооруженные воины Византийской империи. Силой своего военного и политического гения Владимир Святославович город взял. Императоры Константин и Василий просили мира. Условием такового Владимир поставил женитьбу свою на сестре императоров. По прибытии Анны в Херсонес он принял святое Крещение, к этому уже внутренне подготовленный, и обвенчался с византийской принцессой, единственной порфирородной невестой того времени. Это было его блестящей победой, ибо родниться с Киевской Русью для Византии было бесчестием, и среди великого множества откликнувшихся на это важное событие летописцев византийский только один. Не хотели они расписываться в своем поражении. А мир признал ее, победу великого князя. Владимир Святославович получил не только наследную принцессу первой европейской державы, но и византийские императорские регалии.

Подвиг его оценил мир чужой и мир свой: князем Красное солнышко прозвали благодарные соотечественники того, кто просветил светом Христовой истины страну, вызволив ее из тьмы язычества, кто объединил славян купелью Крещения в единое государство. Трудно переоценить глубину духовного переворота, совершившегося молитвами святого равноапостольного Владимира в русском народе, во всей его жизни, во всем мировоззрении. После незабываемого и единственного в русской истории утра Крещения киевлян в чистых водах Днепра, как в ‘бане пакибытия’, осуществилось духовное рождение народа, призванного Богом к невиданным еще в истории подвигам христианского служения человечеству, обеспечившим Руси стремительный экономический и культурный подъём. Ведь при князе ‘малознаемая Русь’ через 200 лет после крещения стала третьим по значению государством в Европе, уступая только Константинополю и Кордове.

И начало всему здесь в Херсонесе. Здесь и истоки культурного рождения: оставляя Херсонес, князь Владимир взял с собой в Киев не только священников корсунских и прибывших с Анной, но и архитекторов, летописцев, иконописцев. В Киев перенесены были вместе с частицами мощей св. Климента и ученика его Фивы прекрасные иконы, роскошнейшая дверь для храма (по сей день она украшает Софийский собор в Новгороде), статуи четырех медных коней, две бронзовые скульптуры. Представленные киевлянам произведения высочайшего византийского искусства произвели такое впечатление на наших предков, что и столетия спустя все лучшее в художественном отношении у нас называлось ‘корсунским’, т.е. херсонесским.

Да, здесь источник нашего духовного рождения, здесь святая для нас земля, святая настолько, что ходить по ней страшно и достойна она поклонения и паломничества не меньше, чем земля Палестины, ибо там начало Жизни, а здесь начало нашей Истории. Осознавший это адмирал Грейг, сразу же по приезде в Севастополь в 1825 г. подал на имя Государя Императора Александра I докладную записку о сооружении в Херсонесе, в память о выдающемся событии, ‘изящной архитектуры церковь и при ней богадельни для 30 инвалидов’. Царь записку одобрил министр Народного просвещения Ливен в 1829 г. подал Императору проекты, составленные членами академии. Был выбран проект академика Беретти и открыта подписка пожертвований на сооружение храма. Почти все русские храмы строились на народные пожертвования. Делалось это не от скудости казны. Деньги собирали по копеечке, чтобы каждый внесший ее чувствовал себя причастным строению храма-венца 900-летней истории Отечества, как гражданин и патриот. Жертвовали армяне и даже татары.

В 1843 г. Император Николай I посетил Севастополь и, уважая мнение главнокомандующего Черноморским флотом адмирала М.П. Лазарева о строительстве храма в Севастополе, а не в Херсонесе, т.к. на весь 60 000-й город имелось лишь две церкви. Никольский адмиралтейский собор и старая Петро-Павловская церковь, распорядился возвести храм во имя святого князя Владимира в черте города и указал место на городском холме,

Херсонес остался без памятника. Сооружение такового стало делом особого попечительства архиепископа Таврического и Херсонесского Иннокентия (Борисова). Указывая в Херсонесе на остатки четырех церквей, трех небольших и одной крупной, раскопанной Крузе, предложил восстановить ее в том виде, как она была при князе Владимире, ‘что и составит самый приличный памятник на месте его крещения’.

12 апреля после получения Высочайшего повеления: ‘В ознаменование места крещения князя Владимира построить храм его имени на развалинах Херсонеса’ начались работы по сооружению храма. Сначала расчистили место и вырыли рвы для фундамента. 23 августа 1861 года Государь Император Александр II с Императрицей Марией Александровной, Великим князем Константином Николаевичем и Великой княжной Марией Александровной заложили первый камень в основание храма. Туда же положили медную доску с указанием события и времени закладки, увековечивая великое событие. Через год фундамент был возведен, но недостаток средств приостановил работы на три года и только 15 августа 1867 года началась кладка стен второго этажа. Первый камень в горнее место был заложен великим князем Владимиром Александровичем, принявшим на себя звание ктитора храма.

18 декабря 1876 года академик Гримм, действительный статский советник Бернгард и академик-архитектор Харламов приняли постройку черновую, без внутренней отделки, которая обошлась в 440 322 рубля, не считая стройматериалов и дарового труда нижних чинов. В таком виде храм простоял 10 лет и только приближающийся юбилей 900-летия крещения Руси ускорил работы.

И вот, величественный храм появился на том месте, где Александр I Благословенный видел лишь одни развалины, бывшие свидетелями крещения князя Владимира, и где Александр II Освободитель привел в исполнение мысль своего Августейшего дяди.

Стоит храм на возвышенности и настолько велик, что даже нынешние руины его видны отовсюду: и с суши и с моря. Даже сейчас он настолько великолепен, что в нем, можно сказать, сосредоточилась вся красота русского строительного искусства. Выстроен он в византийском кресто-купольном стиле: крестообразный храм покрыт куполом. Купол был известен и в Риме и на Востоке, но им покрывали круглое основание. Первой крупной удачной постройкой, соединившей купол с крестообразным основанием, был храм во имя святых Сергия и Вакха в 536 году в Константинополе, храм в Херсонесе — его копия. За проект его архитектор Д.И. Гримм (ученик А.Брюлова, автор архитектурной части памятника Екатерины II в Петербурге, усыпальницы в Петропавловской крепости) был удостоен высшего звания — профессор архитектуры.

Двухэтажный храм был выстроен, несмотря на постоянную нехватку средств, из материалов превосходного качества, правильно, тщательно и прочно, с применением новейших требований строительной техники, так что постройка не могла желать ничего лучшего и считалась образцовой как в техническом, так и в художественном отношении. Так, для необходимости обеспечения устойчивости стен храма были заложены сверх сметы весьма значительных размеров связи из склепанного котельного железа. Работа это, несмотря на трудность и сложность исполнения сделана тщательно и прочно. Цоколь храма вместо местного камня (по смете) сделан из твердого гаспринского мрамора, значительно более прочного и видом своим много способствовавшим красоте и богатству наружной отделки. 54 колоны, на которые опираются арки окон, поставлены были вместо тесанных из местного камня (по смете), полированные из левантского каррарского мрамора (сейчас 8 колонн утрачены). Кресты, украшающие фасад храма и венчающие фронтоны сделаны из различных цветных мраморов вместо камня (по смете). В 4-х парных окнах второго яруса храма поставлены 8 колонн с базами и капителями из желтоватого полированного балаклавского мрамора. Все эти дополнения обеспечивали храму большую прочность и изящество.

Двухэтажный храм имел пять престолов: нижний — в честь рождества Пресвятой Богородицы и справа — небольшой придел во имя св. Мартиниана, обустроенный на личные средства последнего настоятеля монастыря преосвященного Иннокентия (Солотчина), где похоронили освятившего собор в 1891 г. архиепископа Таврического и Херсонесского Мартиниана, а в 1909 г. устроителя этого предела.

На втором этаже было три придела: главный — во имя св. кн. Владимира, отсюда принесшего на Русь христианство, левый — св. апостола Андрея Первозванного, проповедавшего здесь христианство в 50 г.г. I века, правый — во имя св. кн. Александра Невского. Все престолы связаны с именами людей, причастных к Херсонесу, так почему же здесь св. Александр Невский, никогда в этих местах не бывавший?

Сыновья князя Владимира святые Борис и Глеб были канонизированы сразу же после гибели своей в междоусобной борьбе: благоверные князья остались верны заповеди Христовой ‘не убий’ и не подняли руку на старшего брата. Их официальное причисление к лику святых состоялось уже при Ярославе Мудром, который упорно добивался от Константинопольского патриарха канонизации князя Владимира и княгини Ольги. Отказ был категорическим на том основании, что князя ‘не прославил Бог’, т.е. от его гробницы не происходит чудотворений, которые считались непременным знаком святости, на что Иаков Мних заявил: ‘Бесы тоже многие чудеса творили, а многие святые — нет’. Канонизации не было, т.к. Византия и Греческая церковь были так недовольны князем, что даже во времена Нестора отказывали в святости крестителю Руси. Празднование св. Владимиру установил Александр Невский а 1240 г. День смерти князя 28 июля совпал с днем знаменитой победы на Неве. Александр, обратившись перед боем с горячей молитвой к равноапостольному Владимиру, обрел покровительство святого. Для Александра Невского, благочестивого христианина, дипломата, политика и патриота большое значение имела возможность установлением празднования кн. Владимиру укрепить дух народа. Заступничеством Небесным Русская земля жива. И всем, кто помнит и хранит славу и заветы своих великих предков помощь Божия не замедлит явиться. Имя святого Владимира князь Александр Невский в раздробленной и разгромленной Руси вспоминает как символ единства ее и могущества, как залог будущего возрождения. Но церковное почитание святого князя началось на Руси значительно ранее. Митрополит Илларион, святитель Киевский (1053), в ‘Слове о законе и благодати’, сказанном в день памяти святого Владимира у раки его в Десятинном храме, называет его ‘во владыках апостолом’, ‘подобником’ святого Константина, и сравнивает его апостольское благовестие Русской земле с благовестием святых апостолов.

Нижний храм хранил то, что осталось от той древней церкви, в которой крестился кн. Владимир. Стены и жертвенник прикрыли мрамором. На том месте, где была купель, положили темно-серую мраморную плиту с белым крестом и окружили изящной решеткой. Около нее стоял на постаменте ковчег с частицей мощей св. кн. Владимира, пожертвованных в Херсонес Государем Императором Александром II из малой церкви Зимнего дворца. На нем красовалась надпись: ‘Десницею Всевышнего укреплен, идольскую прелесть отринул еси, славне, и святым крещением просвятися, светом познания Христова Землю Русскую одарил еси’. Вход в древний храм был обозначен мраморными плитами с чудными иконами Спасителя и Богородицы, увенчанные корсунскими крестами, они более других икон почитались и ублажались поклонением и целованием. Справа над дверями в полукруге была икона ‘Крещение князя Владимира’, а над левыми — ‘Крещение киевлян’ работы академика Риса.

Верхний храм св. Владимира отличался особой красотой. Стоящие в нем вполне могли повторить вслед за послами кн. Владимира, побывавшими в Св. Софии в Константинополе: ‘стояще в храме сем, на небесе стояти мним’. Внешнему величию и красоте храма вполне соответствовало и все убранство его, а также служение, которое совершалось истово и благоговейно.

Высоко вверх поднимались возгласы служащих и гулко-ясно раздавались во всех концах храма голоса поющих здесь. Чудному резонансу соответствовала дивная красота света, гармонически распределяемая повсюду. Свет падал преимущественно из высоких окон, но он был так очарователен, что даже в пасмурные дни через подбор окрашенных стекол казался всегда ярко солнечным и в то же время мягким. Свет этот с особой полнотой и сочностью освещал почти все чудные иконы, которыми был полон храм, не исключая таких удаленных, как ‘Тайная вечеря’ Корзухина , высотой 26 метров. Она считалась лучшей в России. Кисти этого же академика принадлежали иконы ‘Крещение Господне’, ‘Преображение’, ‘Цари Давид и Соломон’. Профессор живописи Нефф написал иконы: ‘Священномученики Херсонесские’, ‘Св. Кирилл и Мефодий’, ‘Апостол Андрей Первозванный’, ‘Папа римский Климент’, ‘Святой Стефан’ и ‘Св. Мартиниан’. Запрестольный образ ‘Нерукотворный Спас’ и Корсунская икона Богородицы были точными копиями с икон, увезенных из Херсонеса св. Владимиром и хранившихся в Успенском соборе Кремля. Эти иконы, писанные Малышевым, пожертвованы императрицей Марией Александровной. Ее же подарок — чудной работы древнее Евангелие.

Здесь, в главной соборной церкви, стояла дорогая рака в форме ковчега, в которой хранились мощи угодников и чудотворцев Православной Церкви и частица Креста Господня. Мощи 115 святых: мученицы Любови, священномученика Филиппа, св. муч. Левкия, св. муч. Трофима, муч. Ореста, муч. Евлампия, муч. Викентия, муч. Поликарпа, муч. Василия Курского, муч. Тараха, муч. Василиска, муч. Марины, муч. Надежды, муч. Анисия, муч. Евгения, муч. Капитона, муч. Епистимии, муч. Трифона, муч. Савина, муч. Логина, муч. Конона, муч. Амфеохия, муч. Кондрата, муч. Ореста, Киилриана, муч.Веры, св. муч. Симона, муч. Сиотоппика, муч. Геласия, преп. Даниила, муч. Косьмы и Домиана, муч. Митродоры, муч. Дмитрия, муч. Вакха, св. муч. Климента, муч. Анастасии, муч. Гермогена, муч. Трофима, муч. Гервасия, муч. Георгия, муч. Мардария, муч. Сергия, муч. Кандия, муч. Каллистрата, преп. Игнатия, муч. Мины, муч. Аифала, муч. Никиты, муч. Евстратия, муч. Василия, муч. Клеоника, муч. Гордия, муч. Зиновия, муч. Евлампия, преп. Андрея, муч. Пантелеймона, муч. Власия, св. муч. Харлампия, муч. Прокопия, муч. Софии, св. муч. Евгения, муч. Христины, муч. Севастьяна, муч. Поликарпа, муч. Тарасия, муч. Созонта, муч. Назария, муч. Ермила, муч. Ефрема, муч. Хрисанфа, муч. Феодосия, муч. Пимена, св. Иоанна и 12 частей безымянных святых.

В другом ковчеге находятся мощи св. кн. Владимира, преп. муч. Евстратия, преп. Феофана-постника, преп. Никодима-просфорника, преп. Захария-постника, преп. Евфросинии Полоцкой, преп. Анатолия, свящ. муч. Макария, Марка-гробокопателя, преп. Ильи Муромца, преп. Феодора-молчаливого, преп. Паисия, свящ. муч. Фоки, преп. Ефрема Сирина, св. Ефрема Епископа Переяславского, преп. Алипия-иконопиеца, преп. Павла-послушливого, преп. Венианима, преп. Нила Столбенского, преп. Григория-иконописца, преп. Аврамия-трудолюбивого, преп. Агафона-чудотворца, преп. Феодора кн. Острожского, св. великомуч. Варвары, преп. Пимена-постника, преп. Лаврентия-затворника, преп. Иллариона Великого.

Освящение храмовых приделов происходило по мере готовности их. Так, 15 мая 1888 г. освятили нижнюю церковь (к 900-летию крещения Руси), и в этот раз была принесена бескровная жертва за Отечество и всех православных в том месте, где принял крещение святой просветитель земли Русской.

17 октября 1891 г. в знаменательный день спасения Государя и Царской семьи при крушении поезда в Борках при большом стечении народа был освящен главный престол верхнего храма .

В следующем году освящён придельный храм во имя св. Благоверного князя Александра Невского.

Рядом с храмом находилась колокольня. Один из колоколов — ‘малый’ — в 111 пудов, другой, в 723 пуда 20 фунтов, отлит в 1895 г. в память Александра III, третий, в 351 пуд, отлит в честь коронации Николая II.

Служба во Владимирском соборе начиналась в 4 часа утра. В день памяти князя Владимира 15 июля (28 июля по новому стилю) из центра города, от Никольского Адмиралтейского собора, совершался сюда крестный ход. День объявлялся нерабочим, для возможности всех принять участие в празднике, объединявшем людей чувством гордости за свою историю, благодарности Просветителю, святому князю Владимиру.

В 1924 г. согласно постановлению ЦИКа и СНК Владимирский собор был закрыт. Храмовые ценности были изъяты ещё в 1922 г. Одиннадцать древних икон сохранялись до 1925 г., когда они в числе прочих были переданы Херсонесскому музею. В 1926 г. туда же переданы святые мощи.

Купол собора был покрыт свинцовой черепицей. Ее стали разворовывать, результатом чего стала порча живописи. И все-таки до войны он относительно уцелел. По официальным данным, в последний год обороны Севастополя, прямым попаданием купол храма был разрушен. Нынешнее печальное состояние его — результат действия времени, безудержного разграбления, кощунственного вандализма и нашего безразличия.

В 1992 г. Служба во Владимирском соборе возобновлена. Священник Александр Курбачёв, назначенный сюда настоятелем, с благоговением вспоминает встречу с храмом: ‘Обойдя величественные руины храма кругом, я остановился перед западным входом как вкопанный. Мне, жителю Севастополя, собор был знаком с детства, но символическая глубина увиденного открылась только теперь. Вход был заложен серыми камнями, скрепленными цементом, а над ними едва сохранившаяся надпись славянской вязью — призыв Спасителя: ‘Аз есмь дверь, Мною аще кто внидет спасется’. В этих камнях, заграждавших путь к Нему, я вдруг увидел символ нашей апостасии, символ забвения нашим народом своего законного исторического пути, предначертанного великим Просветителем — равноапостольным Владимиром. Результатом этого отступничества явились бедствия и потрясения пережитые нами. И сокрушит эти камни наше молитвенное покаяние, всеобщее осознание необходимости возвращения на свой исторический путь. Путь познания Бога, путь верности святому Православию. И вход наш в собор и его восстановление будут попускаться Господом по мере нашего покаяния, по мере нашего достоинства памяти св. Владимира’.

Первые богослужения проводились возле храма. К Святой Пасхе на средства верующих была расчищена и обустроена западная часть собора (притвор и два маленьких придела), где сохранились своды первого яруса. От остальной части разрушенного храма эти помещения отделили временной стеной, перед которой построили временный алтарь. Позднее был обустроен один из маленьких приделов — (южный) в честь преподобного Мартиниана.

6 января 1994 г. Собор передан верующим городскими властями в пользование.

Стою перед разрушенным, разграбленным храмом. Будет ли восстановлен собор во всем своем великолепии и красоте? Будем ли достойны памяти великого Просветителя народа нашего? Возродимся ли вновь? Все зависит от глубины нашего покаяния. А в храме молятся:

Помилуй нас, Боже, по велицей милости Твоей, молим Ти ся, услыши и помилуй. Господи, помилуй, Господи, помилуй, Господи, помилуй.

Н.В.Манкуни