Черноморский флот и Севастополь в I четверти XIX в.

07 Июл
0

РОССИЙСКИЙ КРЫМ XVIII-XIXвв.

Черноморский флот и Севастополь в первой четверти XIX в.

Б.И. Гаврилов
Историко-публицистический альманах «Москва-Крым» ?2, Москва 2000

Военное и гражданское строительство в Севастополе и Балаклаве

С 1797 до 1855 г., кроме 1811-1827 гг., специальные комиссии архитекторов ежегодно составляли градостроительные планы развития Севастополя. В противовес этим планам командующий черноморским флотом де Траверсе 2 апреля 1803 г. предложил свой проект обустройства Севастополя. План маркиза предусматривал разделение города на две части, гражданскую и военную. Все, имевшее отношение к военному флоту, переносилось на Корабельную сторону. При этом Адмиралтейство намечалось расположить на мысе между Корабельной и Южной бухтами, эллинги и сухие доки — в Корабельной бухте, ремонтный док и склады — в Южной бухте[2]. Функциональное деление города имело глубокий смысл, но император Александр I не стал делить военно-морскую базу на две части. В начале 1804 г. он объявил Севастополь главным военным портом Черноморского флота (прежде таким портом являлся Херсон). 20 марта 1805 г. император предоставил главному командиру Черноморского флота и портов Черного моря еще и особо учрежденную должность Николаевского и Севастопольского губернатора, чем соединил в руках главного командира всю военную и гражданскую власть в двух важнейших центрах судостроения и базирования флота.
В 1805 г. Россия вместе с Англией, Австрией, Неаполем и Швецией вступила в третью антифранцузскую коалицию для противодействия агрессии Наполеона. В связи с угрозою войны маркиз де Траверсе в марте 1805 г. представил товарищу (заместителю) управляющего Морским министерством Павлу Васильевичу Чичагову (1767-1849) план укрепления Севастополя с суши. В советское время сложилась традиция скептического отношения к плану де Траверсе. Действительно, какие-то части проекта могут вызывать сомнения у специалистов по фортификации, но сама мысль о создании в Севастополе прочной сухопутной обороны была весьма дальновидной. Ведь именно отсутствие заблаговременно созданной обороны тяжело сказалось на положении Севастополя во время Крымской войны и в дни Великой Отечественной. Дe Траверсе предлагал прикрыть город системой каменных фортов-верков, соединенных траншеями и рвами и способных к круговой обороне. Несмотря на очевидную необходимость для морской крепости сухопутной обороны, министерство отклонило проект де Траверсе, вероятно, из-за отсутствия средств. Не смог де Траверсе осуществить свой проект, даже когда сам в 1809-1827 гг. возглавлял Морское министерство.
Попытка создать сухопутную оборону Севастополя была впервые предпринята только в 1830-х гг., а в начале XIX в. главное внимание уделялось береговой обороне. Проект усиления береговой обороны Севастополя составил по указаниям А.В. Суворова инженер-полковник Франц Павлович де Волан (Волан, Деволант, 1753-1818), голландец на русской службе[3]. К 1801 г. закончилось переоборудование первой батареи, заложенной Суворовым на северном берегу Севастопольской бухты, между балками Сухой и Куриной. Батарею сделали двухъярусной, брустверы покрыли камнем, горжу замкнули валом, впереди выкопали ров. Вторую суворовскую батарею, на мысу восточнее Сухой балки, перестроили в 1806-1808 гг. в форме неправильного четырехугольника[4].
23 февраля 1804 г. коммерческим судам запретили входить в Севастопольскую бухту. В результате резко ухудшилось снабжение жителей города продовольствием, особенно осенью и зимой, когда степные дороги на юге становились труднопроезжими и доставка по ним продуктов из центральной России сокращалась. Крайне редкое в то время население Новороссии не могло поставить Севастополю необходимое количество продовольствия. Хозяйство местных жителей Крыма носило тогда полностью натуральный характер и обеспечить севастопольцев тоже не могло. Главное снабжение Севастополя осуществлялось морем. Поэтому в 1807 г. командование флота обратилось в Морское министерство с просьбой отменить запрет на посещение города коммерческими судами. Не желая превращать Севастополь в торговый порт, министерство предложило отвести для коммерческих судов Балаклавскую бухту и оборудовать там специальную стоянку для судов[5].
Между тем Севастополь строился и расширялся. Его планировка и застройка определялись пересеченным рельефом местности и самим существованием города как военно-морской базы. Планировка велась по перекрестно-рядовой системе, жилые дома, административные и общественные здания и казармы строились на холмах и горах. На развитии города сказывалось и то, что благодаря близости Балаклавы Севастополь являлся не только военным, но и торговым центром, в нем действовала ярмарка и жило купечество, которое наряду с администрацией, высшими офицерами и крупными чиновниками вносило свой вклад в застройку Севастополя.
Крымский судья П. Сумароков так описывал этот город в 1802 г.: «Странно, притом утешительно видеть в таком отдалении, посреди мусульманской страны, город европейского вкуса, в обитателях одних россиян, правильные улицы, обширные хорошие дома и наши обычаи. Повсюду встречались толпы солдат, мещан, повсюду раздавались песни соплеменников, и минутное заблуждение переселяет тебя к твоему отечеству.
Жители, исключая малого числа отставных штаб- и обер-офицеров и мещан, состоят из служащих, коих числом полагается до 20 тысяч человек, и Севастополь, подобно Кронштадту, с отменою только превосходства перед оным, есть настоящий воинский город» [6].
В начале XIX в. Севастополь украсился двухэтажным зданием портовой конторы с аркой и ведущими наверх лестницами, с парапетом и ат-тиком на центральном ризалите. Привлекало взгляд большое красивое здание шлюпочного сарая с аркадами по всему периметру. Оба здания были разрушены во время первой обороны Севастополя.
Продолжалась застройка главной в городе Большой Морской улицы. Здесь в основном стояли дома высшего комсостава флота. К 1830 г. полностью застроили нагорную сторону улицы и перешли к освоению западной стороны. Дома сооружались в один-два этажа, украшались в стиле классического ампира. Все они были разрушены в период первой обороны. Екатерининская площадь у Графской пристани застраивалась офицерскими и купеческими домами и торговыми лавками. Непосредственно против пристани размещались казармы, лавки располагались южнее, напротив Екатерининского дворца. Вокруг Севастополя начали возникать разные слободки, населенные отставными матросами и солдатами, торговцами и прочим деятельным людом. Самой крупной из них была Корабельная слободка у Малахова кургана. В ближних окрестностях Севастополя появились русские деревни и села. В первой четверти XIX в. в Севастополе насчитывалось 1106 домов, 3 кожевенных, 3 свечных и сальных завода, пивоваренный и водочный заводы, ветряная мельница, 2 кузницы и 202 торговых заведения[7].
В 1814 г. рядом с Севастополем, на мысе Фиолент, в древнем Георгиевском монастыре освятили храм Святого Георгия, построенный по типу базилики. Время и люди не пощадили постройку — от храма остались только фундамент и одна стена. Стоящая рядом трехъярусная колокольня утратила свое шатровое покрытие[8].

   Георгиевский монастырь. Этюд А.В. Мартынова, начало ХХ в.