КНИГА ПУТЕШЕСТВИЯ
     
Эвлия Челеби

Описание прибытия нового татарского хана

     В 1077 году, в месяце зю-ль-хиджже, на 3-й день, в день праздника Жертвоприношения, в порт Кефе вошел флот [Османской] державы в 15 галер под водительством капудан-паши Омара-заде. Когда он встал на якорь со всех судов, находившихся в гавани, был дан приветственный салют из пушек и ружей, была оказана честь капудан-паше. На одной из этих галер был новый крымский хан — Чобан Герай-хан [1]. Хан 3 дня и 3 ночи находился на корабле капудан-паши, а крымскому народу сообщили, что прибыл новый хан. Тогда Кефе уподобилась морю. Даже на широких улицах было не протиснуться от давки. Однако удивительно, с тех пор, как мы с Мухаммед Герай-ханом столько времени ехали через страну черкесов, прибыли к падишаху Дагестана, потом этот недостойный прибыл в крепость Гилян [2] в стране Аджем, переправившись через Хазарское море, затем попал в московскую крепость Терек, затем объехал в московской стране [города] Аждерхан и Балухан, страны Казань и Алатырь, страны хешдеков и калмыков, и теперь из страны Азака прибыл в крепость Кефе, а новый татарский хан только что прибыл из [Османского] государства и вошел в Крым. Предполагалось, что возможно, Мухаммед Герай-хан поднимет восстание, а весь крымский народ поддержит Мухаммед Герай-хана. Поэтому столько времени из [Османского] государства не присылали в Крымскую страну хана. Такова причина задержки.
      На четвертый день Ак Мехмед-паша и Сархош Ибрахим-паша, вали Кефинского вилайета, все вельможи и благородные люди прибыли на галеру, встретили его и с большим полком препроводили гостить в дом Мехмеда Бакы Челеби в Кефе. В крепости прозвучал салют из пушек, а в ответ прозвучал салют войсковых пушек бал емез. Затем в Кефе прибыли из Крымской страны с толпами татарских воинов калга-султан, нуреддин-султан, сын покойного ханского везиря Сефера Гази Ислам-ага, дефтердар Ислам-ага, прежний везирь Мухаммед Герай-хана Кайтас-ага, кадиаскер Муртаза Али-эфенди и много тысяч крымских знатных людей, чтобы огромным полком сопровождать хана для воцарения на троне в Бахчисарае.
      Чобан Герай-хан пришел к нашему господину Ак Мехмед-паше, и было устроено превосходное угощение. Он пригласил Ак Мехмед-пашу в Бахчисарай. Мехмед-паша сказал: «Мой падишах! Сначала Вы благополучно отправляйтесь и займите Ваш великий престол. А потом пригласите нас, и мы прибудем в Бахчисарай и падем к праху Ваших ног. Но сейчас возьмите с собой нашего брата Эвлию Челеби, и пусть он будет нашим квартирмейстером, пусть приготовит жилище для всей свиты». Я сделал необходимые приготовления и отправился в дорогу.

1 Невероятно, что новый крымский хан, Адиль Герай из ветви Чобанидов, прибыл в Крым лишь через несколько месяцев после удаления оттуда Мухаммед Герай-хана IV. По-видимому, Эвлия смешивает два события в нижеприведенном рассказе.
2 Гилян — область в Северном Иране.

Рассказ о том, как мы отправились с крымским ханом из Кефе в Бахчисарай, и как мы искали квартиры

     Прежде всего хан, калга, нуреддин, Ислам-ага и этот недостойный попрощались с Ак Мехмед-пашой и выехали из Кефе. Нас сопровождал полк, подобный морю. Пока мы ехали на запад к Эски Кырыму, все крымские благородные люди выезжали навстречу хану и говорили: «Будь благословен!», припадая к ногам ханского скакуна. Они снимали с голов колпаки шепертма и с непокрытой головой прижимались лицом к ханскому стремени.
      Однако на следующий день к хану прибыл народ Ширинов. Их было до 20-ти тысяч — воинов в боевом вооружении, с саадаками, в панцирях, кольчугах и шлемах, надетых на шубы. Они вовсе не сошли с коней, сняли лишь шапки, находясь верхом, и таким образом приветствовали хана. Затем они отъехали, и толпой присоединились к полку, и поехали среди ханских рабов. Однако различными грубостями и многими удивительно некрасивыми речами они выражали отношение к хану. Хан совершенно не обращал внимания на их непристойное поведение и гнусности. Каждому, согласно его положению, он оказывал милости, выказывал доброту и ласку, всех справа и слева от него он приветствовал и богато одаривал, а беднякам оказывал милости и дарил бесчисленные подарки.
      Стоянка город Эски Кырым, затем —
      Город Карасу, затем —
      Ак Месджит, затем —
      Великий город Бахчисарай. При въезде в город все благородные люди — крымские карачи, ширинцы и мансурцы, седжевуты и аргуны, даирли и манкыты, уланы и бадраки, все капы-кулу, все мурзы, имамы и хатипы, улемы и праведники, шейхи и все суфии составили огромный эскорт, проводили хана в бахчисарайский кёрюнюш, и тот воссел на троне. Шейх-уль-ислам повязал на пояс хану меч и вручил ему возвышенное Слово, и сказал: «О мой падишах! Не совершай ничего противного мудрой Книге Божией!» Затем он прочитал 7 аятов Фатихи, и все бедняки и богачи произнесли: «Будь благословен!» Затем сперва улемы, потом везири, ширинцы и мансурцы, и все прочие признали власть хана. Было зажарено множество лошадей и приготовлено много тысяч блюд и тысячи превосходных угощений, все откушали, и были вознесены молитвы и благодарствия. Однако ширинские мурзы не пришли на угощение.
      После произнесения благословений 3 дня и 3 ночи в городе было большое веселье, гремели салюты и горела прекрасная иллюминация. Было светло и радостно, как в праздничный день Навруза у шаха Хорезма [1]. В темные ночи, подобные Ночи Путешествия [2], зажигались многие сотни тысяч светильников, факелов и свечей, затевались поистине шахские пиры, подобные которым бывают разве что в Исламбуле. Затем, на пятый день веселых празднеств все вельможи Крыма собрались в ханском кёрюнюше в Бахчисарае. Богачи и нищие, старики и молодцы устроили кенгеш и обратились к хану с такими словами:
      «По закону Чингиз-хана следует: так как оборот небесной тверди совершается за 30 лет, в завершении этих 30-ти лет каждый хан, кто бы он ни был, получает по одному червонному алтуну с головы невольника, находящегося в Крыму. Это наш закон. Начало этого тридцатилетия выпало на время восхождения этого хана. Так как он имеет долг перед османцами, пусть получит по 5 курушей за голову невольника».
      По этому правилу и закону был издан указ: переписать подушно в 24-х кадиликах Крымского острова всех рабов-невольников. Получилось 4 раза по 100 тысяч пленных казаков.
      Действительно, крымского войска, хоть тресни, больше 87 тысяч не соберешь. Есть также еще 100 тысяч людей из мухаммеданской общины. Но есть также 4 раза по 100 тысяч казацких рабов. Если бы — упаси Бог! — такое число неверных казаков подняли бунт и восстание, они весь Крымский остров перевернули бы вверх дном. Но по чудесному промыслу Мухаммеда-Избранника они совершенно не способны бунтовать.
      Почтенный хан даровал мурзам и отрядам воинов дань со 100 тысяч невольников из 4-х раз по 100 тысяч. Дань с других 100 тысяч невольников он пожаловал карачам и капы-кулу. Дани с третьих 100 тысяч пошли на шахский подарок имамам, хатипам, улемам, праведникам, шейхам и суфиям. Себе он оставил дань с последних 100 тысяч невольников. Из них дань с 50 тысяч он подарил своим женам и дочерям, госпожам и аталыкам, своим товарищам, от-агам, ханским казакдашам.
      Таким образом все вельможи страны на кенгеше дали клятву и обет, и от хана во все каза для сбора налога отправились ханские аги. Они в один миг переписали всех невольников, находившихся на острове в 770 миль. По их переписи
вышло, что невольников больше, чем было раньше записано у кадиев при прежних ханах. Они переписали 6 раз по 100 тысяч пленников. Было записано также 122 тысячи женщин и девок и 2 раза по 100 тысяч пленных гулямов-копна. Копна — так называют несовершеннолетних гулямов. Было записано также 100.600 девок. Переписывать этих девок, гулямов-копна и невольниц-марий не полагается по закону, но они были переписаны.
      Во все стороны отправились для сбора имущества секбаны — стрелки из ружей — они прошли по каждой каза Крымской страны. Они начали грабеж и погромы по всему Крымскому острову, подобно Юсуфу, тирану Хаджаджу [3] .
      Этот недостойный спросил у одного: «Душа моя, неужели в Крыму столько невольников?»
      Житель Тамани Алиджан-мурза сказал: «Эвлия Челеби! Здесь больше, чем 4-5 раз по 100 тысяч женщин-невольниц. Если этот хан возьмет с них, и с копна, и с девок налог по одному золотому, он, пожалуй, взбунтуется против рода Османов. Потому что ханы из рода Чобан Гераев уже восставали против рода Османов и били янычар. Да сохранит от такого Бог! Ты, однако, несколько дней посмотри, что будет происходить в Крыму. Но уж лучше бы вы с Мехмед-пашой отправились к Порогу Счастья!» Алиджан сказал много поразительных слов.
      Описание бунта татар против насилия. Однажды мы увидели, как в ханский кёрюнюш пришли, стеная и взывая о помощи, ханские аги, посланные собирать налоги с невольников, с разбитыми головами, сломанными руками и выбитыми глазами. Они жаловались: «Ширинские беи нас избили и искалечили, мы еле спаслись бегством».
      «Да, так бывает, мои карачи, так бывает,» — сказал хан, коверкая слова, и не проявил заботы о случившемся.
      Ширинские беи напали на этих аг, отобрали захваченное имущество, избили аг и выгнали их. На следующий день весь Крымский остров огласился воплями, а у подножия гор собралось войско, подобное морю, с саадаками и оружием. Они говорили: «Мы этого хана, сына Чобан Герая, и его везиря Ислама-агу в кёрюнюше запрем! Мы не допустим этого незаконного новшества!»
      И еще они жаловались на татарском языке: «Что же это происходит? В Крымском юрте переписали 6 раз по 100 тысяч казацких пленников, но переписывают и рабов-копна, марий и девок. Налоги берут по-грабительски! А Божий закон разве такой? Если такое будет в Крыму, то мы знаем, что этот гнет идет от османских людей!»
      Они разбились на кучки и на группы, и каждый в толпе кричал: «Хватит! Хватит!», их крики сливались в гул. Наконец, к полудню, они выбрали представителей. Они согласились по-старому жаловать 100 тысяч несовершеннолетних копна, девок и невольниц-марий улемам и праведникам, шейхам и кадиям, [ханским] женам и дочерям, калге и нуреддину, мансурцам и седжевутам, даирли и капы-кулу. Была прочитана Фатиха. Они решили, что будет собран налог с каждого [невольника] по одному червонцу. Таким образом в тот день мы избавились от несчастья и убереглись от незаконного нововведения.
      На следующий день войско Ширин-беев снова учинило беспорядки и пришло к Бахчисараю. Они кричали: «Мы не допустим этого несправедливого налога на пленников! Мы не желаем этого хана, везиря Ислама-агу, кадиаскера и ханского калга-султана!»
      Хан сказал: «Хорошо, мои карачи! Пусть вовсе не берут налога на пленников с Ширинов и их людей. Мои карачи! Я собираюсь в поход на московских неверных. Сейчас же будьте готовы к нему. Я дарю вам этот налог на пленников».
      Когда он так сказал, все войско Ширинов пришло в восторг и говорило: «Вот так мы хана напугали, что он подарил нам налог!»
      Все они ушли в свой иль. Когда наступило утро, было провозглашено, что высокодостойный мудрый хан приказал готовить лошадей к походу на Московию. Высокодостойный хан собрал целую тысячу местных воинов и прославленных джигитов-стрелков из ружей. 500 стрелков собрал калга-султан, и еще 500 стрелков собрал нуреддин-султан. 300 стрелков собрал ханский везирь Ислам-ага. А бывшие прежде в заложниках в черкесской стране султаны из Чобанов пришли с почти двумя тысячами стрелков. Таким образом всего было собрано 4300 пехотинцев с ружьями. А кроме того 80 тысяч всадников-татар. Когда об этом услышали Ширин-беи, они сказали: «Татарские ханы никогда не собирали и 500 стрелков». Они посмеялись и не пришли к хану, не присоединились к походу.
      В один час все ширинцы собрались в долине под названием Ак-кая под городом Карасу, их было 40 тысяч — ветр
оподобных татар. Они собрали кенгеш и решили напасть на Бахчисарай, убить хана, калгу и везиря Ислам-агу.
      Когда настало утро, хану стало известно, что они собираются ударить по Бахчисараю. Он тут же приказал со всех сторон от Бахчисарая, на скалах и в ущельях сделать укрепления и вырыть окопы для стрелков. В то же время было послано известие аге Татского иля, что находится в Кефинском эйялете. К полуночи прибыло 2 тысячи прекрасных стрелков из ружей из Татского иля. Они расположились в центре прочным оплотом и встали наготове. По суше калга-султан и везирь Ислам-ага привели войска рода Османов из санджаков Силистры, Никополя, Визе, Кырк-килисе, Чермена, Бендер [4]. С калга-султаном пришли также войска буджакских татар и добруджских [5] татар. Вместе с буджакскими татарами они составили 63 тысячи румского войска. Они окружили Бахчисарай и стояли наготове. В Бахчисарае были также капудан-паша Омар-заде, привезший татарского хана от Порога Счастья на султанских кораблях и янычарский ага, вышедший из 51-й ода янычар, Наккаш-заде Шаши Мехмед-ага, с 3-мя тысячами капы-кулу. Капудан-паша Омар-заде находился в Бахчисарае со своими 2-мя тысячами войска, рассчитывая на милость хана. Пришел также Мансурлу Кая-бей с 10-ю тысячами отборных воинов. Он снова ударил челом хану и принес присягу на верность.
      Тем временем в городе Карасу было великое собрание войска ширинцев. Они услышали, что у хана собралось 150 тысяч огнестрельно вооруженных воинов рода Османов. Их намерения сменились на противоположные. Они рассчитывали напасть на Бахчисарай, но предопределение Божие это намерение разрушило, и дело повернулось по поговорке: «Считать дома деньги — на базаре не разбогатеть». Они разошлись и отправились по домам. Когда об этом узнал достославный хан, то из казны достали с молитвой и благодарением благородное знамя святого Столпа Пророчества, а также 100 кошельков денег. Было объявлено: «Все правоверные единобожники-мусульмане, собирайтесь под святым знаменем!» О величие Божие! Когда правоверные единобожники, верующие татары увидели знамя Пророка Божиего, в одном месте собралось войско, подобное морю. Толпы татарских воинов выстроились в ряды.

1 Навруз — традиционный весенний новогодний праздник народов Ближнего и Среднего Востока, связанный с сельскохозяйственным циклом. Хорезм — область в Средней Азии.
2 Ночь Путешествия (Мирадж) — праздник, связанный с путешествием пророка Мухаммеда на небеса верхом на чудесном существе Бораке.
3 Юсуф Хаджадж — наместник в Ираке на рубеже VII и VIII вв., известен как энергичный и безжалостный правитель.
4 Силистра, Никополь, Визе, Кырк-килисе, Чермен, Бендеры — османские санджаки на Балканах.
5 Добруджа — область в совр. Румынии, заселенная преимущественно татарами.