НАРОДЫ КРЫМА


Исследователи исламского фактора в СНГ неизменно включают Крым в число наиболее взрывоопасных регионов. Между тем на сегодняшний день практически отсутствуют научные разработки в области истории ислама в Крыму. Общее негативное отношение советской науки к исследованиям ислама у народов СССР в данном случае усугубилось ссылкой крымских татар с исторической родины. Не далеко ушла вперед от отечественной и западная наука. Сейчас наблюдается естественный всплеск интереса к данной тематике. Однако за редким исключением все написанное о крымском исламе за последние годы относится к области «научно-практического». Украина, столкнувшаяся со столь специфической внутренней проблемой, неоднократно демонстрировала полное отсутствие какой-либо концепции в этом вопросе. В данной статье мы хотели бы очертить круг проблем истории ислама в Крыму, ее связи с современным положением в мусульманской общине Крыма.

ИСЛАМ В КРЫМУ. ИСТОРИЯ, СОВРЕМЕННОСТЬ, ПЕРСПЕКТИВЫ

История
После возвращения
Будущее

История
Предания крымских татар приписывают распространение ислама в Крыму сподвижникам пророка Мухаммеда — Малику Аштеру и Гази Мансуру, жившим в первом веке Хиджры (VII век). Древнейшая датированная мечеть — 1262 г. — была построена в городе Солхате (ныне Старый Крым) выходцем из Бухары. С XIV века полуостров стал основным центром мусульманской цивилизации в Золотой Орде. Отсюда осуществлялась мусульманская проповедь среди тюрок Северного Причерноморья.

Крымское ханство, появившееся в первой половине XV в., было исламским государством с уже достаточно древними традициями. В 1475 г. южная часть Крыма, принадлежавшая генуэзцам, была захвачена турками. Крымские ханы признали свою зависимость от османских султанов. С этого момента религиозная жизнь полуострова все более ориентируется на Турцию. В XVII в. значительную часть населения Крыма составляли эмигранты из Малой Азии, которые сохранили прочные этнические и религиозные связи с исторической родиной. Турецкий ислам оказал также сильное влияние на городское татарское население. Об этом говорит широкое распространение и авторитет турецких суфийских братств. В Крыму было множество обителей мевлевийя, последователей великого шейха Джеляледдина Руми из города Коньи. К их числу относились и некоторые крымские ханы. Едва ли не самым распространенным тарикатом в Крыму была ветвь хальветийя
из малоазийского города Сивас. В то же время большую силу имели братства, чуждые Турции. Ветвь тариката накшбандийя, распространенная в Крыму, была родственна суфиям Кавказа. В XVII веке здесь сохранялась также реликтовая форма степняцкого тариката ясавийя.

Суфийские шейхи пользовались огромным авторитетом. Часто они, помимо духовного руководства, обладали военной властью и стояли во главе племенных ополчений. Современники называли крымских шейхов «в равной степени аскетами и муджахедами».

Впрочем, улемы, официальное духовенство, не отставали от шейхов в воинственности. Известно, что проповеди в Крымском ханстве были направлены «на священную войну против неверных». Это было естественно, если учесть военный характер государства, расположенного между «миром ислама» и «страной неверных», и жившего в основном за счет войны. Ученость крымских улемов была известна далеко за пределами Крыма. Большую славу имело медресе Зинджирли, основанное в предместье Бахчисарая в 1500 г.

Ногайские орды, кочевавшие к северу от Перекопа, исповедовали ислам формально, сохраняя привязанность к древним языческим культам. В цивилизованном Крыму ходили анекдоты о «мусульманстве» степняков-ногаев.

К моменту присоединения Крыма к России (1783 г.) на полуострове было около 1530 мечетей, десятки медресе и текке. После ряда эмиграционных волн из Крыма в Турцию число мечетей к 1917 г. сократилось до 729, мусульмане стали религиозным меньшинством в Крыму.

Со времени включения ханства в состав империи, администрация обращала пристальное внимание на религиозную жизнь мусульман Крыма. Активно велась борьба с приверженцами чеченского шейха Мансура, объявившего газават неверным. В 1788 г. создается Таврическое Магометанское Духовное Правление с центром в Симферополе. Подбор кадров на духовные должности осуществлялся весьма тщательно. Так, в 1806 г. с санкции Александра I при помощи различных ухищрений была отведена кандидатура протурецки настроенного кандидата в муфтии. В должностях духовные лица утверждались русским губернским начальством, а муфтий и кадиаскер избирались министром внутренних дел и утверждались в должности Высочайшею властью. Предварительно, разумеется, они проходили детальную проверку на благонадежность. Официальное мусульманское духовенство Крыма (муфтий, кадиаскер, кадии, имамы, хатипы, мюдеррисы, муэззины, ходжи и ферраши) стали частью бюрократического аппарата Российской империи. На них и их семьи распространялось множество льгот.

Мусульманское Духовное Правление имело право решать вопросы правил веры: о порядке богослужения, об обрядах, о заключении и расторжении браков, о наследовании имущества. Полулегально продолжала существовать традиция избрания всем обществом наибов — помощников кадиев и мулл. Наибам поручалось исполнение обязанностей кадиев, если те не могли справиться с обязанностями сами.

Официальное духовенство делило влияние на мусульман с суфийскими шейхами. Эта «альтернативная структура» традиционно обслуживала «негосударственные» стремления правоверных. Под видом шейхов в Крыму вели пропаганду, во время обострения международных отношений, агенты Османской империи.

При мечетях, медресе и текке сохранились богатые земельные владения (вакуфы). Средствами, получаемыми от вакуфов, духовенство распоряжалось по собственному усмотрению. В 1885 г. для упорядочивания вопросов вакуфного землевладения и распределения вакуфных капиталов была Высочайше утверждена Вакуфная комиссия, просуществовавшая до 1917 г. За период с 1783 по 1917 г. общая площадь вакуфных земель сократилась с 300 до 83 тысяч десятин.

Правительство в целом добилось того, что исламское духовенство во многом стало оплотом официального консерватизма. Но эта задача осталась до конца не выполненной. Члены учрежденной в 1876 г. при МВД «Комиссии для изыскания способов удержать татарское население в Крыму» констатировали, что «полностью духовенство привлечь на свою сторону невозможно». В качестве задачи максимум провозглашалась цель «поставить наиболее влиятельных членов духовенства в такие условия, когда их интересы совпали бы с интересами правительства».

В конце XIX в. в Крыму оформилась «оппозиция» официальному мусульманскому духовенству. Крымско-татарский просветитель и издатель одной из первых в России тюркоязычных газет «Переводчик-Терджиман» Исмаил Гаспринский пропагандирует «новый метод» обучения в мусульманских школах, издает множество естественнонаучных книг для татар. Деятельность Гаспринского проходила в постоянной борьбе с сопротивлением духовенства. Ученики и последователи Гаспринского дали толчок развитию в Турции пантюркизма и активно участвовали в этом движении. Для получения образования татарская молодежь отправлялась в Османскую империю. Под влиянием идей младотурок в Стамбуле возникла организация «младотатар». После февральской революции в России многие из этих студентов пытались реализовать свои идеи в Крыму.

25 марта 1917 г. Всекрымский Мусульманский Съезд избрал Временный крымско-мусульманский исполнительный комитет (Мусисполком). Во главе его стал первый демократически избранный муфтий Крыма Нуман Челебиджихан. Было объявлено о переходе вакуфов под юрисдикцию Мусисполкома, провозглашено равноправие женщин. В стенах Зинджирли-медресе открывается институт.

В июле 1917 оформилась татарская националистическая партия «Милли фирка». Одним из пунктов ее программы было изменение институтов религиозного управления и борьба с «мурзацко-улемскими элементами» — консервативными дворянством и духовенством. В период немецкой оккупации Крыма «Милли фирка» сотрудничала с германскими властями, пыталась получить у Германии гарантии восстановления крымско-татарской государственнсти. Многие ее деятели были арестованы Добровольческой армией, либо уехали в Турцию. Часть деятелей «Милли фирка» вступила в РСДРП(б) и образовала при ней «мусульманскую секцию». После разгрома Врангеля в 1920 г. ЦК «Милли фирка» заявил Крымскому Ревкому о признании Советской власти. Советская Россия была признана «первым верным и естественным союзником угнетенного мусульманства». Утверждалось, что мусульмане должны идти к коммунизму собственным путем и предполагалось, что в ведение партии будут переданы татарские религиозные и просветительские дела. Однако вскоре «Милли фирка» была запрещена.

Решением ВЦИК и СНК в 1921 г. создается Крымская АССР. Одной из целей создания автономии было превратить Крым в плацдарм для распространения революции на Турцию и Ближний Восток.

В 1924 г. в Симферополе было создано Крымское Центральное Мусульманское народное Управление религиозными делами. Председательствовал в этом учреждении муфтий, избиравшийся сроком на 1 год. В этот период Советская власть поддерживала дружественные отношения с мусульманами, в то же время, подавляя Православную Церковь. Мусульманскому управлению было разрешено создание «религиозно-прогрессивного» журнала «Асты мусульманлык». Однако в конце 1924 года началось изъятие из библиотек религиозной литературы. В конце 20-х гг. на ислам обрушились репрессии. Начинается снос мечетей, закрываются медресе.

В 1926 г. Президиум ВЦИК запретил мусульманское вероучение к преподаванию на всей территории СССР. Вскоре ГПУ Крыма сообщало: «По имеющимся у нас сведениям, в связи с введением в школах естествознания и упразднения преподавания Корана, большинство татар очень неохотно отпускают в школу своих детей». В селах Крыма происходили волнения, татары требовали прекратить преследования верующих. Репрессии на ислам достигли апогея в конце 30-х гг. К 1940-му году были закрыты почти все мечети, разрушены мавзолеи святых. Активное участие в этом принимали татары-комсомольцы. В 1937 г. НКВД Крымской АССР арестовал по делу так называемой «Идель-Уральской организации» 100 человек из мусульманского духовенства. 99 из них были расстреляны.

Немецким войскам, занявшим Крым в 1941 г., запрещались неоправданные действия против мусульманского населения, командование требовало уважительного отношения к религиозным традициям татар. Татары с готовностью пошли на сотрудничество с оккупантами. Вновь открылись мечети и религиозные школы.

В Симферополе был создан Крымский мусульманский комитет. 3 января 1942 г. прошло его первое заседание, в котором приняли участие офицеры Вермахта, СД и представители татарских общин. В выступлении одного муллы выражена, пожалуй, основная причина татарского коллаборационизма: «Наша религия и верования требуют принять участие в … священной борьбе совместно с немцами, ибо окончательная победа для татар означает не только уничтожение советского господства, но снова дает возможность их религиозным и моральным обычаям». По окончании заседания были прочитаны молитвы за достижение быстрой победы и общих целей, а также за долгую жизнь фюрера Адольфа Гитлера, за немецкий народ и его доблестное войско, за погибших в боях немецких солдат.

По мнению германского командования, «религия оказывала большую помощь в борьбе с большевизмом и коммунизмом». В газете «Азат Кърым», органе Мусульманского комитета, которая начала выходить в 1941 г., публиковалось много материалов, освещавших религиозную жизнь Крыма при большевиках, и сообщений об открытии мечетей и религиозных школ. Всего за время оккупации в Крыму было открыто 250 мечетей, зарегистрировано 400 мусульманских духовных лиц.

После освобождения Крыма от немецких войск в мае 1944 г. крымские татары были выселены в отдаленные регионы СССР. В местах расселения татар в Средней Азии органами безопасности создается мощная агентурно-осведомительная сеть. Заметное место в агентурной сети НКВД-МВД-КГБ занимало духовенство. В Узбекистане, по данным правоохранительных органов, в 1950-е гг. среди духовных лиц было завербовано 43 агента и 29 осведомителей — треть всего духовенства. Вероятно, подобное положение существовало и позже.

После возвращения
Массовое возвращение татар в Крым, начавшееся в конце 80-х, совпало с «религиозным бумом» в Советском Союзе. Возвратившиеся в Крым мусульмане, естественно, встретили здесь почти полное отсутствие следов того, что полуостров был когда-то «землей ислама». В Крыму не было ни одной действующей мечети. Несколько зданий мечетей, служивших музеями или использовавшихся под хозяйственные нужды, были переданы верующим. В настоящее время в Крыму зарегистрировано 186 мусульманских общин, действует 75 мечетей. Большинство мечетей — приспособленные постройки, ведется строительство новых. Этим занимаются преимущественно единоверцы татар из Турции. Финансирование поступает от различных мусульманских благотворительных фондов.

Помощь в подготовке духовенства оказывает министерство по делам религии Турции. В Крыму постоянно работает несколько его представителей. В религиозных лицеях Турции обучалось несколько десятков юных татар. Однако в прошлом году все они были вынуждены вернуться в Крым. По новому закону Турции об образовании религиозные лицеи были перепрофилированы.

Практически все крымские татары считают себя мусульманами. Было несколько случаев обращения татар в протестантство и иеговизм. Эти случаи болезненно воспринимаются общественностью. Религиозная грамотность в то же время остается на очень низком уровне.

Муфтий Крыма Сейт-Джелиль Ибрагимов, выпускник Бухарского медресе, избранный на этот пост в 1989 г., формально дистанцировался от политики. Политические акции татар до 1996 г. не имели выраженного исламского акцента. Растущие амбиции муфтия и его слишком независимая позиция по отношению к лидерам Меджлиса крымско-татарского народа привела к тому, что в 1996 году Сейт-Джелиль был смещен с поста под предолгом отъезда в Саудовскую Аравию для продолжения образования. Его место занял Нури Мустафаев, не имеющий специального образования. Новый муфтий всегда в центре всех шумных политических акций.

В последние два-три года вообще наблюдается активизация исламского фактора в жизни Крыма. До того лидеры крымских татар старательно обходили исламскую тематику, видимо, опасаясь обвинений в «фундаментализме». Теперь, судя по всему, «фундаментализм» взят на вооружение. Через печать заявила о себе «Партия исламского возрождения Крыма». Она проявила большую активность во время чеченской войны, занималась отправкой татарских добровольцев на помощь единоверцам. Лидер партии Айдер Исмаилов предлагал ввести у крымских татар многоженство с целью увеличения рождаемости. На политических митингах татар неизменно присутствуют зеленые знамена с исламскими формулами. В декабре 1997 г. мусульманская община Бахчисарая при активной поддержке Меджлиса захватила мечеть на территории ханского дворца-музея. Администрация музея была вынуждена смириться с потерей части заповедного комплекса. В последних беспорядках и столкновениях крымских татар с милицией в Симферополе 24 марта с. г. ударной силой выступали люди с зелеными повязками на головных уборах с надписью «Аллах акбар» (Бог велик).

Будущее
Роль политического ислама в Крыму, несомненно, будет расти. Основной составляющей этого роста, вне всякого сомнения, будут внешние силы, внешние идеи. Подорванность собственных традиций, отсутствие преемственности исламских институтов делают почти невозможным для крымских татар возрождение собственно «крымского ислама». Поэтому вектором развития ислама в Крыму видится составляющая влияний внешних сил.

Лидеров крымских татар вдохновляет пример самого свежего «исламского государства» — Чечни. Председатель Меджлиса Мустафа Джемилев не упускает случая привести чеченцев в пример своим соотечественникам. В одном из выступлений он назвал политиком, который произвел на него наибольшее впечатление, Шамиля Басаева. Открыто декларируется цель — создание национального татарского государства в Крыму. При этом неясно, как подобная цель увязывается с унитарностью Украины, теплыми отношениями Меджлиса с украинскими националистами.

Однако следует учитывать, что крымские татары не сохранили такой национальной структурированности, как чеченцы. Находясь в условиях ссылки и спец поселений в Средней Азии и Казахстане, чеченцы не утеряли родовой структуры, и даже породили новый суфийский тарикат. Национальные структуры крымских татар были сильно размыты. Известно, что в ссылке татары перемешались с тюрко-язычными крымскими цыганами-мусульманами, с узбеками и таджиками. Естественно, и речи быть не может о каких-либо жестких родовых и клановых структурах у татар в настоящее время. Вполне возможно перенесение на крымскую почву мусульманских институтов из Чечни. Кстати, в XVII-XVIII вв. крымские шейхи и улемы сыграли немаловажную роль в исламизации Северного Кавказа. Теперь мы, вероятно, явимся свидетелями обратного процесса.

Регулярно посещают Крым религиозные миссии из Ирана и арабских стран. Но решающее влияние на крымских мусульман сейчас оказывают единоверцы с южных берегов Черного моря. Основная помощь приходит из государственных структур Турции. Это не исключает активности различных негосударственных мусульманских организаций. Широкую деятельность по развитию системы образования на турецком языке в Крыму, а также по возрождению культуры «крымских тюрок» развернула фирма, за которой стоит влиятельное турецкое исламское общество «Нурджулук». Ислам в Турции неоднороден. В настоящее время он находится под сильным давлением государства, пресекающего всякие поползновения «фундаментализма» в светском кемалистском государстве. В отличие от Турции, Украина не имеет не только опыта борьбы с исламским экстремизмом, но и какого-либо представления об этом явлении. Важнейшим вопросом для развития исламского фактора в Крыму является, какие из мусульманских организаций Турции, Чечни, Саудовской Аравии занимаются проповедью в неискушенной крымско-татарской умме.

Евгений Бахревский
Александр Ефимов
Денис Золотаре