ПРОШЛОЕ ТАВРИДЫ
(Проф. Юлиан Кулаковский)

Глава IX

Авары в черноморских степях. Нашествие Турков. Зависимость Боспора и Херсонеса от империи в конце VI века. Хазары и утверждение их власти в восточной части Тавриды. Херсонес в половине VII века. Юстиниан II.

Базилика, открытая в Херсонесе графом Уваровым в 1853г.

В ту пору, к которой относится помянутый выше указ императора Тиберия, собиралась над Боспором новая гроза. Еще в последние годы императора Юстиниана появилась в степях переднего Кавказа кочевая орда, бежавшая на далекий запад из средней Азии под влиянием переворота, совершившегося в северной Монголии, а именно: объединения тюркских племен под главенством великого хана, имевшего свою резиденцию в горах Алтая. Беглецы эти назывались Авары, или Вархониты, как звали их Тюрки. Разгромив в Оногуров (они же Утургуры), кочевавших в приазовских степях, а затем Кутургуров, занимавших нынешние южнорусские степи к западу от реки Дона и до Днестра, Авары прошли далеко на запад и основали свою главную стоянку Аттила. Через Боспор доходили до Византии вести о подвигах Аваров, но путь их прошел в стороне от Боспора[1]. Последам Аваров явились в степи нижней Волги и Дона преследовавшие их Турки. Один из подчиненных верховному хану вождей, по имени Турксанф, разгромил Алан, подчинил себе Утургуров и в отмщение Византии за союз с Аварами, осадил и взял Боспор. Менандр сохранил имена вождей, которых послал Турксанф против Боспора: Бохан (вероятно, Бука-хан), предводительствовавший Турками, и Анагей, князь Утургуров[2]. Событие это относится к 580 году. Враждебные действия против союзных с империей племен и взятие принадлежавшего империи города совершилось в пору дружественных сношений между Византией и верховным властителем Турок: византийский посол Валентин находился в стане Турксанфа, когда тот послал свои войска в осаду Боспора; он выслушал его угрозы проникнуть в пределы империи через нижний Дунай. Угрозам этим не суждено было тогда сбыться. В 581 году Турки угрожали Херсонесу[3], но до взятия города дело не дошло, и турецкая волна скоро отхлынула. Причиной были междоусобия в недрах турецкой державы, длившиеся довольно долго. Верховный хан через 20 лет после помянутых событий известил императора Маврикия о восстановлении внутреннего мира и укрощении всех мятежников. Посольство, принесшее это послание в Византию, прибыло в 598 году[4].

Когда окончилось турецкое нашествие, Боспор оказался опять во власти Византии. Свидетельство об этом дает знаменитая надпись Евпатерия, открытая в 1803 году. В ее тексте речь идет об отстройке дворца (?????????) в Боспоре Дуксом Херсона стратилатом Евпатерием по приказу императора Маврикия в 590 году[5]. Интересно отметить, что в этом памятнике конца VI века имя города Херсонеса является в сокращенной форме Херсон, которое, очевидно, вытеснило к тому времени окончательно старое имя Херсонес. Так и будем мы называть этот город в дальнейшем изложении.

Если не сбылись угрозы Турксанфа, то, во всяком случае, нашествие Турок имело весьма существенные последствия. Под турецкой династией объединилось одно племя, обитавшее в степях Волги и Дона еще при Аттиле и вышедшее на свет истории под именем Хазар. В кругозор византийской политики Хазары вступили во время правления имп. Ираклия (610-641).. Во время войны Ираклия с Персами, хазарский хан послал императору на помощь большие силы под начальством своего наместника в закавзские страны. Свидетельства о событиях этой войны сохранены византийскими, армянскими и грузинскими историками. Тенденцию к расширению своего господства в направлении к западу Хазары стали проявлять около половины VII века. Ближайшие соседи Боспора на востоке, Оногуры,  были вынуждены признать над собою власть Хазар в первые годы правления императора Константина II (642-668) . оногурами правил в то время князь Батбайань, отец которого, Курват, сносился с Византией, как  самостоятельный властитель. Подчинение Оногуров Хазарам имело своим последствием зависимость от них и побережных культурных центров. Неизвестно, когда именно Хазары завладели Фанагорией и Боспором, но точно засвидетельствовано, что в конце VII века в обоих этих городах сидели наместники хазарского хана, носившие титул ‘тудун’. Власть хазар простерлась и далее на запад в пределы полуострова, побережье с городом Сугдеей (ныне Судак), крепость внутри полуострова Фуллы (вероятно, на месте нынешнего Старого Крыма) и часть горного Крыма до земель, занятых Готами, попали под власть Хазар.

Херсон оставался в прежних отношениях к империи и служил по-прежнему местом ссылки. Так, в 654 году сюда был сослан римский папа Мартин, в следующем году окончивший здесь свои дни. В письмах к своим друзьям в далекую Италию папа жаловался на дикие нравы населения, называя его языческим или обратившимся в язычество. Жалуясь на дороговизну и недостачу жизненных продуктов, папа Мартин делает, между прочим, интересное сообщение о том, что Херсон не имел своего хлеба, а получал его с противолежащего берега моря, который зовется Романеей. Привозившие хлеб суда возвращались назад на юг с грузом соли[6]. Таким образом, в половине VII века, Таврида, которая была житницей южных стран в V веке до Р.Х., при изменившихся этнических условиях, сама нуждалась в привозном хлебе, расплачиваясь за него солью.

Созданные Хазарами отношения предстают перед нами в повествованиях византийских хронистов о приключениях, которые пришлось пережить императору Юстиниану II, и событиях последних лет его правления. Низложенный за свою свирепость и изуродованный усечением носа, Юстиниан был сослан в Херсон (695 г.). Не найдя поддержки у херсонесцев в своих замыслах воротить себе престол и опасаясь выдачи правившему тогда в Византии Апсимару. Юстиниан бежал в крепость Дорос и вступил оттуда в сношения с хазарским хаганом. Хаган принял беглеца, дал ему в замужество свою сестру и поселил в Фанагории. Когда же Юстиниан имел основания опасаться, что его выдадут его врагам в Константинополе, то бежал из Фанагории, вызвал из Херсона нескольких верных друзей и при помощи болгарского царя Тербелия воротил себе власть (705 г.). Поклявшись отомстить херсонесцам, он стал снаряжать против них большой поход. Херсонесцы обратились за помощью к хагану, и тот послал им своего тудуна с войском. Имперские войска взяли Херсон, подвергли его опустошению; много знатных граждан было подвергнуто казни, а некоторых увезли в Константинополь. Вместе с ними был отправлен также и хазарский тудун.

Власть в Херсоне принял посланный для этой цели Юстинианом сановник, по имени Илия, и под его надзором находился сосланный в Херсон знатный вельможа Вардан, армянин по происхождению. Византийский флот отплыл назад, но на обратном пути погиб от бури. Не удовлетворившись произведенными в городе казнями, Юстиниан начал вторично снаряжать поход против херсонесцев. Город стал готовиться к обороне, Илия и Вардан перешли на сторону горожан, и хазарский хаган вновь прислал свои войска на помощь. Юстиниан отослал тудуна к хагану и поручил просить последнего, чтобы тот заставил херсонесцев выдать Илию и Вардана. На пути к хагану тудун умер; тогда Хазары перебили греческую эскорту и послов императора. Между тем, херсонесцы провозгласили Вардана императором под именем Филипика.

Снаряженный Юстинианом флот подошел к Херсону, и войска начали осаду города. Сначала дело пошло успешно: две башни, Кентенарийская и Синагра, были разрушены; но когда подоспели хазарские войска, византийцы сняли осаду, изменили Юстиниану и, при участии в деле хагана, присягнули Вардану, который затем отплыл в Константинополь, где и низложил Юстиниана (711 г.)[7].

Таким образом, Херсону, при помощи хазарского хагана, пришлось сыграть видную роль в событиях внутренней истории империи. Из отдельных черт повествования видно, что город мел в ту пору самоуправление, и стоявший во главе именитый гражданин носил титул протевана (первенствующий — греч.). Хотя хазарский хаган принимал живое участие в делах города и посылал туда своих наместников, тем не менее, Херсон не был непосредственно включен в пределы Хазарской державы и оставался в зависимости от империи.



[1] Evagr. hist. eccles. 5,1.

[2] Menandri frg. C. 43, p. 64 sqq. Dindorff.

[3] Menandri frg. c. 64, p. 125.

[4] Theopf. Sym. VII 7, h. 282 B.

[5] Х. н.ю. Р. 99.

[6] Mansi, Coll. Concil. X, Ep. XVI (p.861) и XVII (p.862).

[7] Theoph. Chr. p. 369-381.