В ‘пещерный город’ Мангуп

О.А. Махнеева

Мангуп Кале цитадельВ юго-западной части Крымского полуострова находятся интересные памятники средневековья — так называемые ‘пещерные города’. Расположены они на отдельных возвышенностях или отрогах Внутренней гряды над широкими долинами в среднем течении рек Альмы, Качи, Бельбека. Каждый из них был окружен группой тяготевших к нему земледельческих поселений.

‘Пещерные города’ — название условное, не совсем точное. Возникло оно в XVIII — начале XIX в., когда эти ‘города’ были уже покинуты жителями, а наземные жилища их разрушились и заросли кустарником, кое-где даже лесом. Сохранились лишь многочисленные пещерные сооружения вспомогательного характера: казематы, кладовые, помещения для скота, всевозможные культовые сооружения. Но у первых исследователей сложилось впечатление, что именно они и были жилищем населения.

Укрепленные поселения, убежища, города в основной своей массе, возникли в позднеантичный период, когда Великое переселение пародов забросило на полуостров готов (III в. н.э.), а затем гуннов (IV в. н.э.). Под их натиском к спасительным возвышенностям и горам ушли из речных долин аборигены Таврики, представлявшие собой этнический сплав потомков тавров, сарматизированпых скифов, алан, греков в других народов. В конце VII в. на полуостров вторглись и на какое-то время осели здесь хазары. В VIII в., в связи с иконоборческим движением в Византии, в Таврику бегут иконопочитатели,
главным образом монахи. По-видимому, ими и был основан ряд пещерных монастырей (Успенский, Качи-Кальон, Шулдан, Челтер в др.).

Если при своем возникновении ‘пещерные города’ носили характер укрепленных поселений, то в дальнейшем, в связи с развитием феодальных отношений, некоторые из них постепенно превратились в довольно большие по площади укрепленные города (Эски-Кермен, Мангуп, Кыз-Кермен, с Х в. — Чуфут-Кале). Этому способствовало их расположение вблизи главных торговых путей, сложившихся еще в античное время.

Остальные, меньшие по размерам укрепления, расположенные в труднодоступных высотах, защищенные оборонительными стенами по существу были феодальными замками или небольшими цитаделями (Бакла, Тепе-Кермен, Сюйренская крепость, Кыз-Куле, Каламита и др.), но их тоже условно называют ‘пещерными городами’.

После Х в. влияние Византии в Крыму начало сходить на нет, ослабело и владычество хазар. В XII -XIV вв. в южном Крыму формируется крупное по тем временам княжество Феодоро с одноименным центром на горе Мангуп. Примерные границы его охватывали почти весь юго-западный Крым с портом Каламитой (Инкерман) и периодически — Чембало (Балаклава). На севере владения княжества подходили к бассейнам рек Качи и Марты, на востоке — к горе Демерджи и Алуште. Принадлежал ему и южный берег от Алушты до Ласпи. В XIV-XV вв. рядом с Мангупским существовало и другое, значительное по территории княжество — Кырк-Орское, занимавшее земли по рекам Каче и Бодраку.

По-иному складывались обстоятельства в степном Крыму и в восточной части Таврики. Степью владели печенеги, затем половцы с XIII в. — татары. В первой половине XV в. татарские владения были объединены в Крымское ханство со столицей сначала в Солхате (г. Старый Крым), а затем, с конца XV в.,-в Бахчисарае. Владения татар вплотную подошли к княжеству Феодоро.

В XIII в. на крымских берегах появились итальянцы — венецианцы и генуэзцы. Они обосновались в Кафе (Феодосия), а затем в Солдайе (Судак). Им принадлежал и ряд мелких прибрежных укреплений между Алуштой и Симеизом.

В 1475 г. на полуостров вторглись турки. Они разгромили генуэзские колонии. Пало и княжество Феодоро. Многие ‘пещерные города’ и укрепления утратили свое значение. А после присоединения Крыма к России, в 1783 г., отпала необходимость оставаться на труднодоступных плато, вдали от плодородных земель. Жители покинули последние, уцелевшие к тому времени ‘пещерные города’ и поселились в долинах.

Проще всего добираться до Мангупа от с. Залесного — туда ходят рейсовые автобусы из Бахчисарая. За селом от шоссе ответвляется проселочная дорога к подножию Мангупа.

Мангуп — большой, сложенный мшанковыми известняками останец, высотой около 200 м. Он возвышается, точно остров, среди трех смежных долин — Каралезской, Джан-Дере и Адым-Чокракской. С трех сторон обширное Мангупское плато заканчивается скалистыми обрывами (до 70 м по вертикали), северный же склон прорезали три глубоких оврага: Капу-Дере (‘капу’ — вход, ворота; ‘дере’-овраг), Гамам-Дере (Банный овраг), Табана-Дере (Кожевенный овраг). С северной стороны можно было не только подняться пешком, но и въехать на плато.

Между оврагами — четыре выступа, или мыса, точно четыре гигантских пальца, вытянутых к северу. Средневековые их названия (вернее дотатарские) неизвестны. Восточный мыс называется Тешкли-Бурун (Дырявый мыс), он весь изрезан пещерами; следующий к западу — Елли, или Элли-Бурун (Ветреный, по другому предположению, Эллинский мыс, т. е. греческий); затем Чуфут-Чоарган-Бурун (мыс призыва иудеев1) и, наконец, Чамны-Бурун (Сосновый мыс).

Все три оврага заросли хвойными и лиственными деревьями, кустарником, что делает подъем даже в жаркий день не очень утомительным. Наименее крут подъем по ездовой дороге, идущей по южному склону к главным воротам города в верховьях Капу-Дере. Туристы любят подниматься маркированной тропой по балке Гамам-Дере.

Минут через сорок после начала подъема по Гамам-Дере тропа подводит к хорошо сохранившейся башне, увитой зеленым плющом. От нее тропа круто поднимается на правый склон оврага вдоль оборонительной стены, пересекающей его верховья. Через пролом, где могла в средние века находиться калитка, входим на территорию города. Слева — пещеры, вырубленные в скале, справа — заросли деревьев и кустарников. В конце тропы — естественный грот, из которого вытекает родник с хорошей питьевой водой. От него можно по другой, ближайшей слева, тропе подняться на плато.

Взгляните на близкие скалистые холмы в дальние горные цепи Главной гряды: что ни возвышенность, то какой-нибудь средневековый памятник. Зрительные связи ассоциируются со связями историческими; все эти памятники составляли некогда один грандиозный, веками сложившийся комплекс.

На западе видна часть севастопольской Северной бухты, куда впадает река Черная. Над устьем реки — руины крепости Каламиты. Левее ее на фоне неба темнеет силуэт башни Чембало, некогда принадлежавшей Феодоро. К северу от Мангупа видны уходящие вдаль холмы, где располагались ближайшие села, за ними, за долиной реки Качи, просматривается Чуфут-Кале. К востоку по реке Бельбек находились мапгупские укрепления — Керменчик, Сюйренская крепость с монастырем Ай-Тодор и два замка на вершинах скал Сююрю-Кая и Сандык-Кая.

Само плато Мангупа, вытянутое с востока на запад, просматривается хорошо. С севера верховья всех трех оврагов заслонены руинами высоких стен с башнями, которые сохранили внушительный вид до наших дней.

Ранний Мангуп (V-VI вв. н. э.) занимал в основном территорию верхнего города, расположенного на мысу Тешкли-Бурун. Доступ в него и в настоящее время преграждают руины цитадели. Затем город расширился, и остальные три западных мыса вошли в территорию нижнего города. Позднее была заселена и часть Кожевенного оврага. Верховья Табана-Дере превратились в ремесленный район. На Сосновом мысу до конца существования города оставался пустырь, своего рода запасная территория, хотя все его расселины и были закрыты стенами. Пустыри, расположенные за пределами оборонительных стен мысов Чуфут-Чоарган и Чамны, в момент опасности тоже использовались: здесь укрывались от врагов жители расположенных вблизи Мангупа селений вместе со своим скотом и движимым имуществом. В мирное время на пустырях этих, вероятно, паслись домашние животные.

Конкретных данных о раннем этапе истории княжества почти нет. В частности, остаются неизвестными имена первых его князей. Предполагается, что князья Феодоро,
как в период средневековья часто называли Мангуп, происходили от знатных выходцев из Трапезунда, принадлежавших к вельможному армянскому роду Гаврасов. Вполне возможно, что до них, а впоследствии и вместе с ними — в силу родственных уз — владельцами Мангупа были потомоки местной знати, принявшей христианство и подчинившейся Византии.

С начала XV в. до 1434 г. княжеством Феодоро правил энергичный и умный князь Алексей. Сведения о его незаурядном княжении содержат различные источники. При нем был возведен ряд построек. Чтобы обеспечить княжеству Феодоро выход к морским торговым путям, Алексей восстановил Каламиту как порт. В 1433 ему удалось захватить Балаклавскую бухту и крепость Чембало, которую генуэзцы еще в 1357 г. отняли у феодоритов.

Приобретение Чембало — второго и столь удобного морского порта — значительно усиливало позиции Феодоро на южном и западном побережье Крыма, давало княжеству крупные козыри в торговой и политической игре с генуэзцами. Однако в ответ сенат Генуи снарядил карательную экспедицию — 20 галер с 6000 отборных морских и сухопутных воинов. В июне 1434 г. после недолгой осады генуэзцы ворвались в крепость Чембало, перебили ее защитников и местных жителей. Каратели взяли в плен княжича Алексея, сына князя Алексея, захватили и сожгли Каламиту. После этого генуэзцы двинулись вдоль южного побережья Таврики на восток, грабя и разрушая по пути поселения и крепости местных феодалов. Так неудачно закончилась для владетелей Феодоро борьба за крепость Чембало. Каламита же вскоре была возвращена княжеству и восстановлена. Княжича, взятого в плен, по окончании военных действий генуэзцы освободили, и в том же 1434 г., после смерти отца, он стал правителем Феодоро. Объяснялось это соображениями дипломатического характера: назревала турецкая опасность, и в период княжения Алексея-младшего уже не было враждебных стычек с итальянцами.

После смерти Алексея-младшего, судя по татарским источникам, княжил его сын Олубей, или Улубей (‘большой князь’). Это было татарское прозвище. До 1475 г. все князья Феодоро исповедовали христианство и носили православные имена. Православное имя Олубея до нас не дошло. По-видимому, при нем наметилось сближение Мангупа с татарами.

В 1471 г. Олубей умер и правителем Феодоро стал его брат Исаак (по генуэзским документам — Саик, по русским — Исайко). При нем генуэзцы ищут союза с Мангупом, что, несомненно, связано было с турецкой угрозой. Исаак посетил Кафу, где и заключил союз с генуэзцами.

Ко времени правления Исаака относятся документы, говорящие о расширении династических и политических связей Феодоро. В 1472 г. мангупская княжна, дочь Олубея, была выдана замуж за Стефана III, господаря Валахского (Молдавского). В 1474-1475 гг. великий князь Московский Иван III поручил своим послам вести переговоры с Исайкой о женитьбе своего сына на дочери князя феодоритов. Брак этот не состоялся лишь из-за турецкого вторжения в Крым.

В первой половине 1475 г. князем Мангупа стал племянник умершего Исаака, сын Олубея Александр. Но недолгим было его княжение. Летом 1475 г. турки и примкнувшие к ним татары захватили Кафу. Вскоре они подошли к Мангупу. Нападавшие были вооружены передовым по тому времени огнестрельным оружием, в том числе снятыми с кораблей пушками. Феодориты могли рассчитывать лишь на неприступность крепости да на собственное мужество. Город сопротивлялся самоотверженно. Пять раз ходили турки на приступ, однако мангупская твердыня выстояла. Началась долгая осада. В городе иссякло продовольствие. В декабре изнуренные голодом и болезнями защитники Мангупа вынуждены были сложить оружие и сдаться на милость победителей.

Захватив Мангуп, турки разорили его, истребили почти всех жителей, не щадя ни детей, ни стариков, затем подожгли город. Князь Александр погиб в заточении в Константинополе, женская половина его семьи попала в султанский гарем, а все взрослые родичи мужского пола разделили судьбу князя. В живых остались лишь его малолетний сын, который стал впоследствии в Турции родоначальником знатной, но не влиятельной фамилии.

Сам Мангуп со всеми землями бывшего княжества был превращен в турецкий кадылык (округ). Оборонительные стены служили теперь новым хозяевам; до XVIII в. здесь стоял турецкий гарнизон. К названию города турки прибавили слово ‘кале’ (Мангуп-кале значит ‘Мангупская крепость’). На картах Крыма XVII — начала XIX в числе немногих крымских городов Мангуп еще значится. После присоединения Крыма к России (1783) с плато ушли последние жители, и некогда большой город, центр могущественного княжества, окончательно прекратил свое существование.

Из всех построек Мангупа лучше других сохранилась цитадель. Она состоит из оборонительной стены, как бы отсекающей Дырявый мыс с напольной стороны, ворот, перекрытых коробовым сводом, и двухэтажного донжона (башни), расположенного между двумя куртинами стены.

Следуя к цитадели вдоль южных и юго-восточных обрывов Мангупа, по пути осмотрите вырубленные в скале большие давильни для винограда, остатки пещерных сооружений культового и хозяйственного назначения. Кое-где по вырубкам в скале можно проследить планировку наземных церквей и усыпальниц, а также усадеб с хозяйственными постройками. На расстоянии нескольких метров от цитадели выдолблены в скале могилы — остатки раннесредневекового кладбища, возникшего, когда город еще не вышел за пределы Дырявого мыса.

Фасад башни с узкими смотровыми бойницами имел угрюмый, неприступный вид. Чтобы осмотреть ее изнутри, надо через ворота пройти на территорию Дырявого мыса. С этой стороны постройка до сих пор не утратила дворцового характера. Посредине сохранился богато украшенный широкий вход, по сторонам в на втором этаже — широкие окна, обрамленные резными наличниками. Не исключено, что здесь находилась основная резиденция правителей Феодоро. Верхний этаж был жилым, в нижнем помещалась дружина князя, полуподвал использовался при князьях как арсенал, а при турках как тюрьма.

После осмотра цитадели можно ознакомиться с сооружениями на Дырявом мысу. Напротив ворот расположены остатки октагона — небольшой восьмигранной церкви, построенной в VIII в. Возможно, это была княжеская капелла. Сложена она из крупных, прямоугольных в сечении, искусно отесанных блоков.

По восточному обрыву Дырявого мыса тянутся многочисленные пещеры-казематы, из которых хорошо видна дорога к главным воротам города. Такие же казематы есть и на западном обрыве мыса, они были устроены для того, чтобы поражать неприятеля сверху, в случае его приближения по дороге к городским воротам. Эти сооружения использовались не только для оборонительных целей, но и для хозяйственных в мирное время. Об этом свидетельствуют вырубки на стенах пещер для деревянных полок и углубления на полу для днищ пифосов. В некоторых казематах содержались и животные.

В средней части восточного обрыва, в цепи боевых казематов, некогда соединенных висячими галереями и лесенками, была пещерная церковь для защитников цитадели. С плато в нее ведет лесенка. В восточной закругленной стороне церкви находился алтарь.

Со стороны Бельбекской долины подступы к плато контролировала дозорная башня, построенная на самом конце мыса. Перед башней была казарма. Нижняя часть ее вырублена в скале, верхняя, сложенная из камня, не сохранилась. Под основание башни ведет дверной проем, за ним — лестница, по которой можно спуститься в обширную искусственную пещеру. Западная и восточная стены ее разрушились, в результате образовалось сквозное отверстие, хорошо видимое снизу, если ехать к Мангупу с севера. Еще две лестницы ведут из пещеры вниз, в просторное сооружение. Предполагают, что это была подземная тюрьма. Она состоит из зала с подпорным столбом посредине. Одиночные камеры вырублены в северной и восточной сторонах пещерного зала. В дверных проемах видны следы пазов для деревянных дверных коробок, а с внешней стороны — углубления для засовов. Дверь в южной стене зала ведет во второе помещение с большим окном. Здесь, очевидно, дожидалась смены стража, одновременно наблюдавшая за заключенными.

На всей территории мыса в неровностях грунта и местами выступающих из земли кладок угадываются наземные строения. У северного обрыва есть глубокий колодец, очевидно, сооруженный на случай осады цитадели.

Выйдя из ворот цитадели, поверните вправо. Внизу, у ее подножия, находятся руины восточных городских ворот. Под более поздней кладкой из мелких камней в западном откосе ворот видна прилегавшая к нему часть стены из прямоугольных блоков. Вдоль дороги, вырубленной в скале, высится хорошо сохранившаяся оборонительная стена. В ней имеется вход в полуразвалившуюся башню, которая в свое время охраняла одно из уязвимых мест на подступах к городу из Капу-Дере. По этой же дороге пройдем на мыс Чуфут-Чоарган-Бурун. Здесь заметны остатки домов, прослеживаются очертания улиц, площадей.

Западнее балки Гамам-Дере, на расстояния около 100 м от ее верховьев, находятся остатки дворца последних владетелей Феодоро.

Это было двухэтажное симметричное здание прямоугольной, почти квадратной формы. К северной его стене снаружи примыкала башня2, в южной стене был вход через изящную аркаду в простора сени. Главное помещение дворца — парадный зал — разделен на три равные части двумя двойными аркадами на двадцати четырех столбах.

Северо-западнее дворца, на расстоянии около 100 м, находятся остатки большого христианского храма, построенного в честь святых Константина и Елены. Он представлял собой трехнефную базилику вытянутое с востока на запад прямоугольное здание, разделены вдоль двумя рядами колонн на три части (нефа), с двускатной кровлей и выступающими на восток полукружиями — абсидами. Вдоль северной и южной стен храма были пристроены галереи. Пол центрального нефа состоял из больших каменных плит, в боковых найдены остатки многоцветной мозаики.

Как показали археологические раскопки, базилика отстроена XIV — начале XV в. на месте другой, возведенной раньше. Абсида более древнего храма выступает с наружной стороны, из-под основания позднего.

В самом храме (в его полу) на протяжении длительного времени хоронили знатных особ. Могилы найдены и за пределами базилики. С северной ее стороны в 1938 г. открыта крещальня с остатками мозаичного пола. Совсем недавно у восточной стены расчищена пристройка, возможно, тоже крещальня. Юго-западнее базилики сохранились остатки городских усадеб.

На Мангупе было много церквей, наземных и пещерных. Наиболее интересная пещерная церковь находилась вне города. К ней вел потайной ход; находится он в узкой расселине, юго-западнее высшей точки плато, у обрыва. Спустившись вниз, поверните вправо на узкую тропу, идущую вдоль скал. Как только увидите искусственные пещеры, отыщите лестницу, ведущую в верхний грот, из которого можно попасть в церковь. На стенах ее сохранились остатки фресковой росписи XIV-XV вв. В полу выдолблено несколько корытообразных могил, поверх которых некогда лежали массивные каменные плиты. Напротив церкви — пещерные кельи и хозяйственные помещения монастыря.

После осмотра храма и монастыря можно не возвращаться на плато, а спуститься вниз, к с. Терновке.

С плато можно спуститься и по тропинке в Табана-Дере, если подъем был совершен по оврагу Гамам-Дере. Оба пути проходят мимо источников отличной питьевой воды.

Перед спуском осмотрите крепостные стены, которые отгораживали городские кварталы от двух северо-западных мысов. В верховьях Табана-Дере были вторые городские ворота. В этой части города жили в основном караимы. Юго-западнее ворот сохранились остатки кенасы (караимского молитвенного дома). В верховьях балки возвышается башня. В 1978 г. раскопана ее тыльная сторона, состоящая из двух разновременных кладок. Восточная часть башни сооружена феодоритами, западная перестроена в XVI в. турками.

Спускаясь вниз по оврагу, обратите внимание на вырубленные в скале чаны для обработки кож (отсюда и название оврага). Ниже находится караимское кладбище, на некоторых надгробиях сохранились надписи. Ниже овраг пересекает еще одна оборонительная стена. Возведена она в турецкое время, возможно, на месте более ранней стены.

Спустившись к подножию Мангупа, откуда вы начинали подъем, взгляните еще раз на его неприступные мысы, полюбуйтесь его неповторимой красотой. Этот величественный, живописный ландшафт надолго останется в вашей памяти.



1 Происхождение последнего загадочно: оно может быть связано с поселением здесь в XVIIIв. караимов.

2 В 1425 г. князь Алексей воздвиг башню, о чем можно судить по надписи на плите, вделанной некогда в ее стену. Надпись такая: ‘Была построена эта башня вместе с дворцом в благословенной крепости, которая видна ныне, во дни Алексея, владыки города Феодоро и Поморья…’ На плите высечен герб мангупского князя — двуглавый орел, заимствованный из Византии. В настоящее время плита находится в экспозиции Бахчисарайского историко-архитектурного музея.